Мистер Морг

Мэтью ни на шаг не приближался к повозке и не отставал от нее. Порывом холодного ветра до него донесло зловонный запах свиных отбросов, и он понял, что Башкан прибывает к месту назначения.

Повозка повернула налево. Свет ее фонарей внезапно исчез. Мэтью пришпорил лошадь и через несколько минут увидел лесную дорогу, по которой поехал Башкан. Никаких огней за деревьями не было видно, но свинарником воняло нестерпимо. Он погнал свою скакунью вперед, но даже эта выносливая лошадь возроптала, не желая двигаться дальше.

Проехав ярдов пятьдесят-шестьдесят по дороге среди густого леса, Мэтью вновь увидел фонари. Он тут же спешился, отвел лошадь в чащу и привязал к дереву. Набравшись храбрости, он оставил треуголку и плащ в седельной сумке и крадучись двинулся в сторону желтого слоистого дыма, что висел в воздухе, отравленном миазмами вонючего свинарника, от которых к горлу подступала тошнота.

Вечер обещал быть восхитительным.

Сквозь деревья и низкий подлесок Мэтью увидел, что повозка Башкана остановилась у одноэтажного дома, выкрашенного в тускло-серый цвет.

Деревянное крыльцо ограждали веревочные перила, ставни на окнах были выкрашены в тот же серый цвет, что и стены дома. В окнах горел свет, на крючке рядом с закрытой дверью висел фонарь. Интересно, не Башкан ли смастерил этот дом, подумал Мэтью: хотя на первый взгляд казалось, что построен он добротно, присмотревшись, можно было заметить, что в строении есть нечто уродливое, что стены кривоваты, а все окна разной величины. Желтая крыша сидела на доме, как мятая шляпа на голове неряхи-пьяницы, из каменной трубы валил дым. Может быть, Башкан и мастер на все руки, но талантом строить дома он явно обделен.

У коновязи в дальнем конце дома стояла черная лошадь с белой звездой на лбу. За домом, там, где мерцал неверный свет нескольких фонарей, а мгла сгущалась так, что ее, наверное, можно было пощупать руками, виднелись темные очертания других строений. Кажется, амбар, какая-то длинная постройка вроде сарая — вероятно, один из хлевов, — еще какое-то хозяйственное сооружение (бойня?) и, наконец, обшарпанное прямоугольное здание — возможно, коптильня.

Из хлевов доносилось чавканье и хрюканье свиней.

Владения миссис Таак. Да, совсем не «Райский уголок», подумал Мэтью.

Башкан исчез из виду. Крышка гроба была открыта. Мэтью прошел несколько шагов и увидел распахнутую дверь подвала. На ее доски падал слабый отблеск грязного света.

Мэтью опустился на колени и задумался.