Мистер Морг

Однако там стоял красивый молодой человек, которого Бесс только что впустила в дом. На нем был темный плащ и треуголка с пурпурной лентой. Молодой человек улыбнулся Мэтью и сказал:

— Здравствуйте, сэр. Я приехал к лорду Мортимеру.

— Лорд Мортимер болен.

— Смертельно болен, — сказал Мэтью.

— Это мне тоже известно. Время не терпит, сэр. Не могли бы вы отвести меня к нему?

— А по какому вы делу?

— Дело мое заключается в том, — сказал приветливо улыбавшийся красивый молодой человек, — чтобы положить конец страданиям.

Возможно, Мэтью шагнул назад — он точно не помнил. Молодой человек, который был, наверное, всего года на два или три старше Мэтью, смотрел дружелюбно, открыто, держался непринужденно. Руками в черных перчатках он снял треуголку. Волосы очень светлые, тонкие, как шелк, а глаза — цвета дыма. Он расстегнул плащ — под ним был хорошо сшитый черный сюртук и темно-фиолетовый жилет.

— Вы же не боитесь меня… мистер Корбетт?

— Что? — спросил Мэтью.

— Вы отступили на шаг назад. Что-то в моих словах обеспокоило вас?

— Мое имя.

Откуда вы его…

— Вы из Нью-Йорка, да? Прекрасный город. Деятельные жители. Нет, я оставлю плащ и шляпу при себе, — сказал он Бесс. — Но все равно спасибо. — Взгляд его дымчатых глаз снова устремился на Мэтью. — Час поздний, сэр. У меня ведь и еще есть встречи. Пожалуйста, отведите меня к лорду Мортимеру.

У Мэтью перехватило дыхание.

— Я всего лишь скромный посланец. Вестник. Послушайте… Я проделал длинный путь. Мне хотелось бы завершить дела с лордом Мортимером и как можно скорее уехать.

Такие вещи нельзя затягивать.

— Такие вещи? Какие вещи?

— То, что мне поручено, — сказал красавец. Его улыбка оставалась все такой же лучезарной, но Мэтью показалось, что глаза его потемнели. — В самом деле, сэр, я должен уладить это дело. Мне очень жаль, что лорд Мортимер в таком состоянии, но… — Он пожал плечами. — Это ведь тоже часть жизни, верно?

— Ужасная часть, — осторожно сказал Мэтью.

Интересно, у него сперва ноги подкосятся или мозг взорвется?

— Вовсе нет! — воодушевленно ответил его собеседник.

 — Разве освобождение от жизненных обязанностей, испытаний и невзгод ужасно? Разве ужасно увидеть, что там, за стеклом? Разве избавление от ярма боли и всех несовершенств плоти — это ужасно? О, мистер Корбетт… нам с вами нужно будет как-нибудь выпить вместе по стаканчику эля и хорошенько поговорить о благах, приносимых уходом из этого мира.

— Надеюсь… это случится не скоро, — сказал Мэтью.

Улыбка незнакомца превратилась в усмешку.