Мистер Морг

А ведь он или Берри могли туда свалиться — и что бы тогда было? Самое меньшее, чем они отделались бы, — это сломанная лодыжка.

Мэтью всматривался в глубину. Может быть, те, кто обыскивал лес, не полезли вниз как раз потому, что побоялись рискнуть костями.

Но, кроме скальной породы, там ничего не было видно. Самый обыкновенный овраг, на какой можно наткнуться в любом лесу.

Он пошел по краю дальше, теперь уже выбросив из головы все свои грезы и мысли о мешочке с деньгами. Он сосредоточился на овраге и прежде всего на том, можно ли в него спуститься, не упав на камни.

Овраг все уходил в лес и становился глубже. До дна теперь уже футов двенадцать-пятнадцать, прикинул Мэтью. В некоторых местах тени так сгущались, что овраг казался черным прудом. А потом он увидел впереди, не очень далеко, что-то похожее на каменные ступеньки. Неужели у него так разыгралось воображение? Возможно, но здесь точно можно спуститься на дно. В следующие несколько секунд, крепко прижав к себе мешочек с деньгами, он продемонстрировал, что по этим ступенькам можно сойти, придерживаясь для равновесия за камни только одной рукой.

Он продолжил путь по дну, тоже усыпанному камнями. Ярдов через двадцать овраг повернул направо, и тут у Мэтью перехватило дыхание: рядом с ним в стене обнаружился проем высотой около пяти футов, достаточно широкий, чтобы в него мог боком протиснуться человек.

«Пещера», — понял он и выдохнул.

Сев на корточки, он заглянул внутрь. Непонятно, как далеко уходит это пространство, в котором ни зги не видно.

Но… на щеках чувствовалось дуновение воздуха. Пол в видной ему части пещеры был из плотной глины, усеянной листьями.

Он протянул свободную руку в проем, ощутил, как воздух изнутри пещеры обдувает пальцы.

«Это не пещера, — решил он. — Это туннель».

Тьма непроглядная. Может быть, где-то рядом притаились змеи. Возможно, целое гнездо. Интересно, как бы на его месте поступил Грейтхаус. Ушел бы, так и не узнав, как все было? Или бы ощупью двинулся вперед, как положено настоящему дураку?

Ну, сапоги ему змеи не прокусят.

Если только он где-нибудь не угодит ногой в яму и не упадет — тогда они вопьются ему в лицо. Но идти он будет осторожно, как если бы шел с завязанными глазами по крыше ратуши. Он чуть помедлил, собирая волю в кулак, пока та не опомнилась и не расточилась. Потом, стиснув зубы, сделал шаг и сразу же смог выпрямиться, хотя и не во весь рост. Он рад был, что мешочек с деньгами при нем: если понадобится, можно будет кому-нибудь как следует врезать.