Мистика

  Вполне  все-таки мог понять мой порыв, еще и как поползновение…  печально,  но мне стало легче общаться с ним, когда я предположила это.  Все равно  приятно было смотреть на его лицо.  Часто ловила себя на том, что мечтательно улыбаюсь,  слушая их разговор.  Выпадаю из общения на какое-то время, погружаясь в свои воспоминания.

   Он ловил мои взгляды и смотрел с вопросом, и я отстраненно улыбалась, отводя глаза.   Наверное, так я окончательно прощалась с Ваней.  Пускай немного потерпит -  ничего страшного, я уже все объяснила и даже показала рисунки.

-   Удивительное сходство, - задумчиво говорил он, рассматривая рисунок за рисунком и осторожно откладывая их в сторону. Пересмотрев все, аккуратно сунул их в файлик, почти не глядя, автоматическим движением провел пальцами, выравнивая стопочку бумаг на столе.  Педант?  Аккуратист?  Постоянно работает с документами?   Но он сказал – пограничник…   Я мало знала о пограничной службе.  На память приходили следовые полосы, проложенные специальными машинами, служебно-сторожевые собаки, погони за нарушителями, красивая зеленая форма – нормальный взгляд на незнакомую профессию со стороны.

-  Не представляю себе, - задумчиво ответил он на мой вопрос об аутентичных наградах  Ивана Дружанина, - все мои предки по мужской линии были военными, а это бесконечные переезды. Могли просто утерять. И были ли они в семье вообще…?

   Еще я осторожно поинтересовалась судьбой Ваниной жены, и Николай слегка нахмурился.

-  Вам неприятно, что я, по факту,  стала любовницей вашего женатого предка? – удивилась я такой  ранимости, но нет – он объяснил:

-  Мне не пришло бы в голову осуждать за это.

  Даже если бы там была крепкая семья, но его жена – почти легенда для родни, как и сам Иван.  Про фронтовика все понятно – его помнят и гордятся им, а вот с ней  другая история – ее судил семейный суд.  Раньше такое происходило на Дону… да вы сами должны знать, -  с вопросом заглянул он мне в глаза.

    Я кивнула – да, действительно, раньше  были суды станичные и семейные.

  Собирались самые мудрые и влиятельные люди или старшая родня и зачастую решали судьбу, а  иногда -  даже жизнь  конкретного человека, потом собирали станичный или хуторской сход и знакомили всех со своим решением.

-  Это одна из семейных баек – особые подробности, само собой, утрачены, но основное я расскажу вам:  они женились очень рано – обоим  не было двадцати.  Стешка была женщиной видной, сильной и волевой.