Мистика

   Он принимает всякое упоминание о Ване в штыки.  Может и  неосознанно, но борется за право оставаться самим собой.  Ревнует?  Не верит в … не чувствует себя им.  Я уже размышляла об этом  и решила, что это нормально.  Тема больная, а значит, касаться ее не нужно.  Просто буду знать и помнить.

   Николай вышел быстро –  в полотенце на бедрах, без халата и даже без тапочек.  На мой взгляд, которым я обвела его, остановившись на босых ногах, ответил:

-  У тебя чисто.  Заберем твой подарок с собой.  Где…? Алена?

   Я беспомощно пожала плечами, глядя ему в глаза.

  А я знаю?  Не возле Аньки же?  А других вариантов нет и тут я не виновата.  Он прошелся взглядом по гостиной, отмечая что-то для себя, ухмыльнулся  и шагнул ближе.  Взял за плечи,  притянул к себе, потом чуть отстранился  и  шепнул, склоняясь к моему лицу:

 -  Нашлась.  Я сразу понял, что это ты.  Что – моя.  Помотала мне нервы. Ну, теперь держись!

    Морозом осыпало…  Я распахнула прикрывающиеся уже веки и уставилась на него с диким, первобытным  восторгом!  В груди поднималось, просто распирало ее  такое теплое и знакомое!  Исчезла всякая неловкость, я привычно обвила его шею руками, потянулась к губам, забывая обо всем на свете.

   «Ну, держись»…? Солнце ты мое!

   Домашнее платье сорвано, тяжело дышащий мужчина тянет с меня старательно выбранное  белье – не рассматривая его, на глядя – с закрытыми глазами.  Я тоже дышу через раз – когда он позволяет мне это… потом вдруг  - одинокий холод.

  Он отстранился, быстро прошел к креслу и  потянул с него плед.  Я истерично хихикнула и отвернулась к окну, зажимая рот кулаком, чтобы не заорать от счастья  - опять, блин, на досках!  И резко замерла, прикрывая глаза и проваливаясь в знакомое ощущение -  мужские ладони  округло прошлись по моим бедрам – снизу вверх, остановились на талии,  пальцы сжали тело, пытаясь сомкнуться…

-  Уже не получится  - Анька растянула, - расстроено пробормотала я.

-  Красиво, - почти стонал он, - как же это красиво, Ален, просто…

-  … до боли в глазах, -  напомнила я, поворачиваясь к нему: - Не тяни, Коля, я так соскучилась…

   Он  довольно  рыкнул,  подхватывая и заваливая меня…

   Не две недели, как обещал – это продолжалось семь дней, только не совсем так, как планировалось, потому что совсем «не слезу» не получалось – у нас была Аня,  и она требовала внимания.

  А еще семью нужно было кормить и мы все вместе  ходили в магазин за продуктами.