Мистика

-  Не согласна, - отрезала Ольга, - она не ждала смерти – интерес к жизни не был утерян.  Алешка кого угодно растормошит.  Обе зимы я брала ее в город, возила везде – кино,  краеведческий музей, даже ресторан…  приодела.  Она во всем этом живо участвовала и была довольна.

-  Господи!  Какое же счастье, что вы нашлись! – искренне вырвалось у меня, - вы и  Беркутов!  Какое это счастье для нее.

-  И Борька…  Он весь отпуск провел здесь – два месяца.  Ей не было скучно.  И трудно тоже не было, и даже не суетно.

  Мы старались – берегли, своя комната… - залилась слезами Ольга.

   Похороны прошли спокойно и тихо.  Старинный обряд не соблюдали – покойницу не заносили в дом.  Сельчане прощались с ней на улице, я тоже подошла и поцеловала листочек с молитвой на лбу Марии Львовны, а потом стояла рядом и только смотрела.  Те, кто игнорировал или  боялся старую одинокую женщину почти всю ее жизнь, осуждал и порицал ее, пришли сейчас прощаться.  Или просто с целью остаться на поминки и вкусно пожрать?  Не важно, Бог с ними!  Она никогда не злилась на них, только  недоумевала – «если у некоторых совсем ума не стало»…

   Когда уже  возвращались с кладбища, я позвонила мужу:

-  Коленька, ты был прав – я не хочу оставаться здесь на ночь.

  Забери меня, солнце, домой -  к тебе  хочу.

-  Разрешаешь уже? – хмыкнул он невесело, - конечно, я приеду.  Только часа через два – не меньше, сама понимаешь.

-  Да, это  далековато, извини.

-  А я поняла, Коль.  Да, уже разрешаю – Марии Львовны нет, теперь можешь приехать и посмотреть тут все.

Если хочешь, конечно.  А то, представляешь – она увидела бы тебя…?  Как оказалось, сердечко было вымотано... -  сказала  и вдруг  как-то разом  сообразила, дошло - что сейчас делаю.  Вскинулась: -  О, Коль,  что-то я туплю, меня же обещали подбросить!  Позже, конечно, но…

-  Не нужно меня щадить, Алена.  Я не ребенок и сердечко еще не вымотано.  Это мой дед, я уважаю память о нем и ты – все равно моя.

-  Я  вся твоя, Коль - с потрохами, - облегченно выдохнула я, - тихо только езжай, не гони на грунтовке.

  Дорога – не айс, кидает.

-  Не беспокойся, жди.

    Я ждала.  Помогала подавать на столы, накрытые во дворе, как  и тогда, когда мы справляли новоселье бабы Мани.  Сидела, даже что-то поела, чтобы уважить старания Ольги и медсестры Жени, которая осталась помочь.  Потом мы убирали.  Женщины  мыли посуду, а мы с Беркутовым носили ее в дом, собирали в мешки одноразовую…  обычные хлопоты.