Мизгирь

– Пойдём, полюбуемся, – улыбнулась она Евочке, отстёгивая малышку из её креслица и поднимая на руки. Лера не спеша спустилась под откос по спутанной, тёмной прошлогодней траве и тут же попала в солнечный круг поляны, поросшей мать-и-мачехой. Ярко-жёлтые головки цветов радостно улыбались путницам, пожелавшим сделать остановку, чтобы поздороваться с ними.

– Посмотри, какие цветочки, Евочка, как маленькие солнышки, – Лера присела и опустила малышку ниже, почти к самой земле, чтобы и она могла полюбоваться весенними первоцветами, – А скоро и ещё одни солнышки появятся, одуванчики называются.

А когда они превратятся в белые парашютики, мы станем на них дуть, и они полетят высоко-высоко в голубое небо в далёкую волшебную страну.

Лера мечтательно поглядела вдаль, улыбнулась, а после вдруг встрепенулась."

"– Что бы сказал сейчас Гена? Наверняка что-то вроде: «Ребёнку всего два месяца, она ещё не понимает ничего из того, что ты говоришь», или же «Ну опять тебя понесло в свои сказки».

Да и пусть думает, что хочет! – решительно повела она плечом, – Плевать. Раз он не принимает меня такой, какая я есть, значит, и не любит вовсе. А может и вообще никогда не любил.

Она поднялась и направилась обратно к машине с Евочкой на руках. Уложив дочку в переноску, она тронулась в путь.

Дом Серафимы Клементьевны и Матвея Степановича Лера нашла сразу, ведь она выросла в этом городе и прекрасно знала все его улицы, улочки и переулки, не такой уж он был и большой, чтобы в нём плутать.

Она вошла в подъезд, поднялась на этаж, и позвонила в дверь нужной квартиры. Дверь открылась практически сразу и на пороге возникла хозяйка, женщина приятной наружности, невысокая, кругленькая и румяная, несмотря на свой немолодой возраст. Казалось, что она всегда находится в прекрасном и благостном расположении духа, и всегда всем довольна. На ней был нарядный фартук с крупными розами, видимо, она только что вышла из кухни.

– Здравствуй, милая! Проходи-проходи! Мы уже ждём вас!

Лера вошла в прихожую. Из зала показался Матвей Степанович, опирающийся на палочку:

– О, кто к нам пожаловал! А я-то думаю с утра, чтой-то моя хозяйка расстаралась нынче, тесто затеяла, пироги принялась печь, а она и сообщила мне, мол, гости у нас нынче будут.