Мятежный

Более того – я знал, что именно это, вероятнее всего, ей было необходимо.

– Снежинка, – тихим рычанием предупредил я. Она прижалась бедрами к моей ноге, будто оседлав ее, в глазах Джесси я видел решимость и дерзость, ее движения стали такими нежными, что я не был до конца уверен в реальности происходящего. Я тяжело сглотнул, когда она подстроилась под неуверенный, медленный ритм. Но я не мог ее оттолкнуть. Помимо очень простого факта, что я этого не хотел, она все еще оставалась жертвой насилия. Останови я Джесси сейчас, и нашим отношениям конец.

Выбор за мной. Шесть миллионов баксов или ее киска. Звучит как легкий выбор, но это совсем не так.

– Бэйн, – выдохнула она так близко к моим губам, что мой член дернулся между нами, упираясь ей в живот. Черт. Черт. Черт.

Я отодвинул лицо, но дабы показать, что не одна она испытывает притяжение, я прижал бедро к ее промежности, приподняв колено, чтобы надавить на клитор. Я чувствовал ее складочки сквозь ткань пижамных шорт. Она прикрыла глаза, а моя выступившая предсеменная жидкость приклеила мой стояк к трусам.

– Поцелуй меня.

– Нет.

– Почему?

– Я уже сказал. Ты заслуживаешь кого-то лучше такого мерзавца, как я.

– Но ты мой мерзавец.

Я цокнул.

– Я общий, Джесси. И в этом вся проблема.

– Я могу поделиться. И дело не в тебе, а во мне. – Она все сильнее терлась об меня, а я продолжал вжиматься в нее, прислонившись спиной к стене. Технически я не нарушал условия контракта. Я не целовал Джесси. Не занимался с ней сексом и уж точно не совращал ее.

Но во всех остальных отношениях я погряз по уши в дерьме и впервые по-настоящему признал это. Потому что независимо от того, было ли это в контракте или нет, то, как мое колено продолжало тереться и давить на клитор Джесси, оставалось далеко за пределами профессионализма."

"– Если ты меня сейчас не поцелуешь, я остановлюсь, – прошептала она мне в шею.

Я продолжил дышать через нос, крепко сжав губы.

Не говори этого. Не говори этого. Не смей это произносить.

– Не останавливайся, – слова с придыханием вырвались из меня.

– Сбрей бороду.

– Какого черта?

– Ты меня слышал. Сбрей бороду, Бэйн. Ты не твой отец. Хватит прятаться. – Ее бедра продолжали прижиматься к моей ноге, и я знал, что она близка к оргазму. И я тоже готов бы взорваться и выстрелить прямо на ее пижаму, потому что то, что между нами происходило, казалось более эротичным, чем любой секс, который у меня был за последние три года.

– Нет, – проворчал я.

– Тогда я сейчас остановлюсь.