Мятежный

Когда она не нашла ничего подобного, то устало потерла лоб.

– Вот почему я не желаю пробовать. Не хочу, чтобы кто-то это увидел.

– Я понимаю. – Существуют костюмы, способные полностью скрыть эти шрамы, но даже я не был настолько глуп, чтобы не почувствовать ее эмоциональный настрой. Все ее тело отражало его.

Джесси недоверчиво рассмеялась и быстро заморгала, пытаясь скрыть подступившие слезы.

– Они отвратительны, да? Я знаю.

– Не надо… – возразил я, не желая признавать вслух то, с чем я уже почти смирился, – она была красива, как и многие девушки, но именно ее внутренние демоны придавали ее красоте уникальность и незабываемость.

– Но это правда. – Она закусила губу, утирая слезы. Грохот басов обрушился на дверь, когда в кофейне заиграла песня «My Own Summer» группы Deftones. – Вот почему я не могу злиться на тебя за то, что ты меня не хочешь. Я понимаю, Бэй… Роман. Понимаю, почему ты не хочешь связываться с отмеченной шрамами.

О чем, черт возьми, она говорила?

– Кто сказал, что я…"

"– Тебе понравилась та, с кем ты провел сегодняшнюю ночь? А вчерашнюю? Должно быть, тебе по душе разнообразие, – фыркнула она, вздернув подбородок.

На самом деле я отменил встречу со вчерашней клиенткой и вместо этого накурился с Беком, а потом смотрел порно. Но, конечно же, я не мог этого признать, поскольку она спросит о причине и мне придется отвечать, но ответ предельно очевиден, даже для такого обманщика, как я.

Она все еще сидела на ящике, когда я развернулся и подошел к высокому столу, где лежали коробки с капсулами для кофемашины.

– Хочешь знать правду? – спросил я, упираясь руками в поверхность стола. Мне нужен был долбаный щит для разговора с ней, чтобы не сорваться и не трахнуть ее. Прекрасно. Дела шли просто великолепно.

Звук, похожий на визг, но предполагавшийся ближе к стону, сорвался с ее губ.

– Я определенно уже устала от вранья.

– Я хочу тебя. Ты счастлива? Со всеми шрамами, с ужасной, трагической историей. Каждой клеточкой своего тела.

Я хочу заниматься с тобой сексом, овладеть тобой, оставлять на твоем теле следы и спасать тебя. Но я не могу сделать ничего из этого. Почему? Потому что потом ты меня возненавидишь, и это факт, а не предположение. Запомни мои слова. По причинам, о которых я не могу сейчас рассказать, секс с тобой окончательно сломает тебя и погубит меня. И может быть, я и ублюдок, но точно не гребаный злодей.

Эти слова наиболее близки к истине из всех, что я мог ей сказать.