Мятежный

– Тебе нужно больше уважать свое тело, Роман. Татуировки. Женщины. Ты можешь отказаться от них. Ты и так уже совершил много ошибок из-за этого. – Под «этим» я подразумевала его отца. Он повлиял на него так же сильно, как на меня «Инцидент». Ментальные шрамы подобны лорду Волан-де-Морту. О них нельзя говорить вслух.

Он сделал вид, что поправляет ворот моей кофты, когда произнес:

– Вот что я скажу. Я перестану относиться к своему телу как к общежитию, если ты пообещаешь, что перестанешь относиться к своему так, будто оно состоит из зефира и греха.

Я рассмеялась.

– И что будет, если я соглашусь?

– Тогда я больше не буду делать дурацкие татуировки, подобные той надписи.

– Так нечестно. И в любом случае у тебя больше нет для них места.

Он погладил подбородок, затем указал на свое гладковыбритое лицо.

– Теперь есть.

Я хлопнула его по груди.

– Я убью тебя.

– Поверь, детка, ты уже на полпути к этому.

– Что это значит? – промурлыкала я.

Он выглядел чертовски серьезным.

– Это значит, что я не могу держаться от тебя подальше, хотя знаю, что на данном этапе должен.

Я ничего не ответила, балансируя на канате между нежеланием умолять его остаться со мной и нежеланием того, чтобы он уходил.

Роман попросил меня вернуться к чтению, что я и сделала. Мы лежали вплотную друг к другу, пока я дочитывала главу вслух, потом выключила свет и, повернувшись к парню спиной, закрыла глаза.

Он обнял меня рукой, и я улыбнулась в темноте, когда его член прижался к моим ягодицам, медленно толкаясь в них и мучая нас обоих.

– Роман…

Он поднял татуированную ладонь к моему рту и приглушил мой голос, просунув средний палец между моими губами. Я принялась сосать его жадно, отчаянно, желая почувствовать вкус последней выкуренной им сигареты и соленой мужественности. Его губы скользили по коже за моим ухом.

– Тш-ш."

"Все мое тело задрожало, когда его твердая длина все глубже и глубже проникала между моими сомкнутыми ягодицами, а колени терлись друг об друга. Я находилась на грани самого разочаровывающего оргазма, который когда-либо испытывали на планете Земля.

– Трахни меня. – Мой голос дрожью окружил палец Романа, и слова вылетели наружу прежде, чем я успела их остановить. Это была не я. Не прежняя Джесси и уж точно не новая.