Я лично видел, как он скатал шаурму — жалкая пародия на оригинал. Лепили ее из всякой ерунды. Пихали картошку, салат, хумус. Про пиццу я вообще молчу.
Брать мы тогда ничего не стали — на фиг, потом с белым троном в обнимку сидеть. Никого из моих бойцов такая перспектива не радовала. Ушли, а садык так и не понял, почему одни русские солдаты ели шаурму, а другие нет. Ведь местные бойцы брали даже такую шаурму.
А были и такие сирийцы, что им на пальцах приходилось объяснять, что ты от него хочешь. Почти все садыки, что обитали вблизи российских позиций, были торгашами.
Прекрасно понимали, что наши солдаты будут покупать все то, чего в России не купить. А потому и язык выучили и товар тащили востребованный. Хитрые, до невозможности. Но курды, еще хитрее. Телефоны? Пожалуйста! Духи? Да не вопрос, все сделаем. Шоколад? Сколько в килограммах?
В общем, в назначенное время, я подошел ко Дворцу Культуры, в малом актовом зале которого и размещалась городская дискотека. Было прохладно, поэтому многие старались поскорее зарядиться алкоголем и прошмыгнуть внутрь.
Думаете дефицит? А вот и нет! Рядом река Дон — на кораблях сюда привозилось много всего и вся, расползаясь по району. Да и свое бадяжили. Уже какое-то подобие схемы девяностых, которая значительно укрепится в следующем десятилетии.
Было накурено. Тут и там валялись бычки.
Миновав улицу, я быстро вошел внутрь здания, поднялся по лестнице и оказался в фойе первого этажа, где было много людей. Стоял гул людских голосов — смех, бормотание, крики.
Из дальнего конца гремела знакомая музыка — Тони Эспозито, Калимба Де Луна.
— Макс, привет! — раздался сзади голос Катьки. Обернулся — ну точно она. Без верхней одежды девушка смотрелась лучше. Стоит, улыбается. В боевой штукатурке. Прическа в лаке.
— Привет. Где остальные?
— Уже там! — она кивнула на темный тамбур, где была организована касса и пропускной пункт. — Идем?
— Конечно! — кивнул я.
Катька снова прижалась ко мне, причем, слишком близко. Снова поцеловались.
По глазам все было ясно — уже успела поднять себе настроение алкоголем. Наверняка Артем подсуетился. Городок маленький и провинциальный, но вовсе не дыра.
В целом, я был не против. Знал, что она нормальная, без всяких хвостов. Сама по себе такая. Не легкого поведения, а просто тусовщица — вылетевшая из школы птица, пока еще отрывающаяся, насколько это вообще можно в пределах «приличного». К тому же, мы с ней когда-то уже встречались. Но опять же, мало что помню.
