Игнатьев еще в пути переговорил со всеми, кто видел американца. О том факте, что Громов не смог его довести все условно «забыли». Да, американец действительно был в кишлаке, но остался где-то там, а сам Громов взял в плен переводчика, что тесно работал с агентом ЦРУ. В процессе побега, Ахмед по собственной инициативе переметнулся на сторону СССР, потому что осознал, что на «той» стороне ему ничего хорошего не светит. В курсе был Громов, Али, Ахмед, Парамонов и, конечно же, сам Игнатьев. Печенкин и его люди ничего не знали.
Для чего это было сделано и так понятно. К тому же, сам переводчик многое мог рассказать про дела Джона Вильямса в кишлаке Арран и Абшар-Манул.
— Да, переводчик. И взял его Громов.
— Ну, еще бы это сделал кто-то другой… — майор встал со стула, сунул блокнот обратно в нагрудный карман. — Ладно, выздоравливай. А я работать… Ты знаешь, вот есть у меня какое-то странное предчувствие, что в кишлаке что-то произошло. Кстати, когда рапорт напишешь, дай знать. Интересно прочесть, так сказать, с первых рук.
— Конечно, произошло! — насмешливо фыркнул Игнатьев. — Ты что, не в курсе? Нас раздолбали, командир группы, майор Шишкин погиб, а вместе с ним еще два десятка бойцов. А те, кто уцелели, буквально прошли по лезвию ножа. Витя, ты сам-то живого душмана давно видел?
— Совсем недавно. В отдельном изоляторе.
— А такого, что в тебя из автомата целится?
— А причем тут это? — искренне удивился чекист. — У меня работа другая."
"— Вот и у Громова работа другая! — возразил капитан.
— А ты мешаешь. Там, в кишлаке, который буквально кишел вооруженными душманами, я увидел, что представляет из себя ефрейтор Громов. Смелый, инициативный боец, быстро ориентируется. Ты в курсе, что он у душманов склад с оружием взорвал? Нет? Вот тебе еще информация, он его два раза взорвал. Переоделся женщиной. Он мне по многим вопросам форы даст. И я совершенно не хочу знать, как он таким стал. У него мозг заточен на то, чему разведчиков годами учат.
Короче, Витя. Оставь парня в покое. У него впереди еще много свершений. А за пожелание спасибо, как только, так сразу.
Кикоть выслушал, сухо кивнул и вышел из палаты.
Нет, майор вовсе не был упрямым бараном, что зациклился на одной цели. Вовсе нет. Наоборот, коллеги знали его как хитрого и коварного специалиста, с железной хваткой. Если майор Кикоть за что-то брался, то всегда доводил это до конца.
Основания были, хотя, конечно, весьма спорные.
