Начмед посмотрел на все это дело и распорядился, что бы тот получал дополнительное питание в столовой. Кишкин пошел дальше — умудрился втайне сожрать все командирские сухие пайки, что хранились в танке как «НЗ» и при этом, все равно, вес не набирал и все время жаловался, что голоден. Когда он шел по плацу, казалось, будто на швабру китель надели. Когда его командир батальона увидел, сказал, чтобы этого пацаненка, сначала откормили как следует, а только потом в танк сажали. Снаряд для танковой пушки был для него тяжеловат.
Очень.
Вот и получалось, что из пяти месяцев службы, четыре он провел в разных лечебных учреждениях, поправляя от природы слабое здоровье. Как его такого в Афганистан взяли, вообще непонятно. А потом выяснилось, что он намеренно сначала ел, а потом втайне ото всех, двумя пальцами, опорожнял желудок, с характерным «Бэ-52». Отсюда и получалось, боец ест, ест. Но хоть ты тресни, не толстеет и все время бледный, будто вот-вот помрет от аннорексии.
Повторюсь, лежать в медсанчасти было хорошо.
Спокойно, время летело быстро. Я просыпался, ел, получал порцию витаминов, ходил на процедуры и спал. Вообще, молодому организму всегда хочется, либо есть, либо спать. Был у меня такой знакомый, по кликухе Лысый — он ел и спал, приговаривая — солдат спит, служба идет. В обед, то же самое.
Гулять было негде. В Мазари-Шариф климат был неподходящий, поэтому парковой зоны в медсанчасти не было, только у входа в лечебный корпус несколько лавочек и все. Но даже на них посидеть не получалось.
Погода все время была плохой, зачастили дожди. Глиняная пыль, что несло сюда с востока, наконец-то села на землю, теперь повсюду была светло коричневая грязь.
Несколько раз ко мне приходили, опрашивали. Все записывали. Как взорвал склад, как переоделся в женскую одежду, как на мотоцикле уехал. Как и кого видел в бою… Особисты с ног сбились. Все случившееся во время разведывательной операции в то ущелье, быстро стало новостью номер один. Уже на третий день туда выдвинулась большая колонна техники, а нагрянувшие туда вертушки, едва не раздолбали кишлак ракетами.
Душманов там оказалось немного, сопротивление было слабым, скорее всего, основные бандформирования ушли на север. Аксакалы подтвердили, что почти все духи ушли, забрав с собой все оружие. Рахмат-Шах, который был одним из лидеров оппозиции в этом районе, тоже куда-то пропал.
По истечении двух недель, ошибки были исправлены, район тщательно разведан и осмотрен.
