Младший сын князя #1

Одновременно с этим, прямо на меня с оружием в руках бежит один из нападавших. Я встаю перед выбором: подвергнуть риску девочку и напасть в ответ до того, как он доберётся до меня, либо же попытаться убежать.

Мужчина тем временем наставляет в мою сторону ствол. Я понимаю, что сейчас раздастся выстрел, который ранит либо меня, либо девочку. И в этот же миг во мне просыпается злость. Моя злость, ведь эти ублюдки посмели тронуть обычных, ни в чём неповинных людей. Если уж так хотели разобраться со мной, то и действовали бы там, где пострадать могут лишь бойцы рода — они, по крайней мере, знали про риск и были к этому готовы.

Раздаётся выстрел. Я ставлю щит под касательным углом, понимая, что он прямого столкновения всё равно не выдержит. Пуля сталкивается с барьером, лишь слегка замедляясь, но всё же меняя траекторию, только всё происходит настолько неудачно, что она всё равно попадает мне в руку, но хотя бы не в голову, куда изначально целился убийца.

Тело пронзает острая боль, но она не может остановить меня.

Я переживал и не такое, пусть от этого менее больно не становилось.

Противник видит, что пуля меня не убила, и делает новый выстрел. В этот раз я готов и ставлю перед собой сразу несколько щитов таким образом, чтобы пуля несколько раз отрикошетила и потеряла всю свою кинетическую силу.

Видя подобные «фокусы», стрелок начинает слегка паниковать и пытается снова нажать на спусковой крючок. Третий выстрел я ему просто не даю сделать.

Когда я, оставив девочку всё же позади, оказываюсь рядом с ним, мужчина резко отпрыгивает назад и пытается вновь на ходу прицелиться.

Я делаю рывок вперёд и, стискивая зубы, ударом ладони снизу отвожу пистолет вверх. Раздаются два оглушительных выстрела в небо. Я резким хватом опускаю его руку вниз, делаю подсечку ударом в колено и, заходя за спину противнику, хватаю его за шею и подбородок.

Одной рукой мужчина роняет ствол, которым всё равно в такой позиции неудобно было бы воспользоваться, а другой выхватывает из потайного кармана нож и, видимо, собирается меня им пырнуть.

Лезвие стремительно летит в мою сторону, но застывает в считаных сантиметрах от меня. Одним волевым усилием, я резким движением, до щелчка, ломаю ему шею.

Не теряя ни секунды, отбрасываю тело в сторону и опускаюсь вниз, пытаясь схватить обронённый ранее пистолет, в котором ещё должна была остаться парочка патронов.

Боль, к сожалению, усиливается, и её мне с каждым мгновением тяжелее игнорировать. Однако гнев и адреналин помогают её заглушить.