Младший вовсе был дурак

Я не влюбился, но Лаврентьева на самом деле очень красива: длинные густые смоляные волосы, огромные синие глаза, правильные черты лица, спортивная фигура… Ленка приняла молчание за знак согласия и продолжила:

— Влюбился, бедненький. Увы, Сережка, шансов у тебя никаких. У меня в Таэрии остался жених, принц Власилиан. Если найду способ вернуться к нему, обязательно приму его предложение и стану королевой.

Видимо, на моем лице в этот момент отразилось все, что я думаю по этому поводу, потому что Ленка неожиданно обиделась и отошла в сторону:

— Не веришь? Ну и вали тогда! И не ходи за мной — милицию вызову!

— Я верю, — сказал я, — потому и следил.

Вместо ответа Лаврентьева указала взглядом на полку с кока-колой, прищурилась, надула губы… и вдруг бабах! Одну из алюминиевых банок разорвало изнутри. Завизжала девчонка, одна бабулька бухнулась в обморок, уронив корзину с покупками, а я лишился дара речи. Только Ленка, как ни в чем не бывало, прошла к кассе и начала выкладывать продукты на ленту транспортера.

— Ну ты даешь! — Я встал за Лаврентьевой и стал помогать вытаскивать из тележки покупки. — Это правда сделала ты?

— А от чего, думаешь, банка взорвалась?

— Ну, газы расширились, наверное.

— А от чего они расширились?

Сердце екнуло. Не поверить такому невозможно.

Ленка едва заметно кивнула.

Кассирша проносила покупки мимо сканера, касса пикала, подсчитывая сумму, а я отчаянно завидовал Лаврентьевой.

— Сумма вашей покупки пять тысяч восемьсот двадцать три рубля четыре копейки, — скороговоркой выпалила кассирша.

Ленка рассчиталась, и я помог ей рассовать продукты по пакетам. И только в тот момент обратил внимание на покупки: три десятка яиц, пять килограммов говядины, три кило картошки и куча всякой мелочи вроде фруктов, лука-порея, бульонных кубиков и приправ.

— И как ты собиралась все это нести? — спросил я и взял пакеты.

— Тебя хотела попросить помочь.

Я качнул головой и рассмеялся.

— Ладно, провожу тебя до дома, а ты рассказывай о своих похождениях.

Ленка обрадовалась приобретению в моем лице благодарного слушателя и всю дорогу трещала, рассказывая, как хорошо в сказочной стране. Ее рассказу я сразу поверил, она говорила о таких вещах, о которых я никогда не подумал бы спросить: от государственного устройства монархии до строения меча.