Поэтому выкрутилась:
- Да, я бы хотела, чтобы он был и твоим папой тоже.
- Ну, чего вы там встали? - возмущённо окликнула нас Поузи. Пока мы обнимались, близняшки, шедшие впереди, уже добрались до лестницы. - Идёмте скорее, я хочу эту кошечку увидеть! И почему ты знала о ней, а я - нет?! - это уже сестре.
- Я слушала. И услышала, - пожала плечами Суози.
- В следующий раз говори мне, что услышишь, - потребовала Поузи. - А я тебе, ладно? Ну, вы идёте? - это снова нам.
- Идём, идём, - согласилась я, беря Джуни за руку и догоняя малышек.
И радуясь, что Поузи вовремя прервала неудобный для меня разговор. А о своих странных чувствах я подумаю позже.
Или нет - если это вообще была случайность.
Следующим утром я входила в спальню с некоторой опаской. Причём опасалась именно своих вчерашних странных ощущений. Но старательно делала вид, что всё нормально, убеждая себя, что всё мне почудилось.
Росс встретил меня, сидя на кровати, в том же халате, из-под которого только голые ступни торчали.
Когда я, со своей корзинкой, подошла к нему, он откинул одну полу, выставив мне на обозрение перевязанную ногу, вторую и торс я увидеть уже не могла.
Можно выдохнуть. Смущающего меня зрелища не будет. Почти не будет, вторая-то нога - вот она, передо мной. Правда, наполовину скрытая повязкой, но всё равно - такая сильная, такая... мужская. Никогда не думала, что ногу мужчины можно назвать красивой, но, как ни удивительно, нога Росса именно такой и казалась.
Рана меня порадовала - её, по сути, уже не было.
Шрам был ещё довольно свежим, но вокруг него даже красноты не осталось. Я вытащила нитки, ощупала шрам - ровный, чистенький, тёплый, значит, никакого воспаления внутри не осталось. И сам он был гораздо короче, чем вчера - по краям, там, где рана зажила быстрее, исчез и сам шрам. Только розовая, едва выделяющаяся на почти утратившей загар коже полоска указывала, где эта рана прежде была.
Отлично! У оборотней просто великолепное исцеление!
Я велела Россу встать, опереться на раненную ногу, потом встать ровно.
Ощупала место раны, потом, подумав, запустила руку под халат и пощупала другую ногу, сравнивая.
- Щекотно, - послышалось над моей макушкой, заставив вздрогнуть и подскочить от неожиданности, так глубоко я погрузилась в своё исследование.
- Извините, - повинилась я, чувствуя, что щёки вновь полыхнули жаром. - Просто я сравнивала. У вас же не только кожа, как в других местах, у вас тут и мышца была располосована.
