Младший научный сотрудник-7

В левом дальнем конце подвала имела место еще одна дверь, тоже стальная, но укрепленная ребрами жесткости со всех углов. Арнольдыч, чертыхаясь, выбрал из связки нужный ключ и мы оба выбрались наконец на свежий воздух. Этот выход оказался с фасада одиннадцатого дома, справа виднелась дверь в сберкассу, а прямо на проезжей части пустота, тут обычно не чаще раза в полчаса проезжали одинокие ГАЗ-53 или 24-е Волги, немагистральная улица Челюскинцев. Слева на Кирова чуть пооживленнее движение было, плюс там еще периодически громыхали трамваи 11 и 12 маршрутов, первый до железнодорожного вокзала довозил желающих, второй до городской автостанции.

— Ну пока, — бросил мне через плечо Арнольдыч, — дальше сам разбирайся, — и он чуть ли не бегом забежал в свое подведомственное учреждение и даже запер за собой дверь, как я заметил краем глаза.

И остался там, сразу за этой дверью, кося на меня напряженным взором через мутноватое стекло. Я мысленно пожал плечами — он там умом что ли тронулся в этом подвале, когда Аскольд на него пушку наводил? И тут мой глаз зацепил табличку, расположенную рядом со входом в сберкассу.

Там было написано совсем не то, что было, когда я в первый раз переступал ее порог, не «Сберегательный банк СССР, филиал №30/28, Заводское отделение», а напротив «Сбербанк России, Открытое Акционерное общество, Заводское отделение». Номер, правда, тот же самый остался, 30/28.

Это что, мысленно возопил я, обратно меня что ли занесло в свой 2023 год? В Советском же Союзе не было акционерных обществ, ни открытого, ни закрытого, ни даже публичного типа.

Да и слово Россия там употреблялось по лингвистическому лимиту — чем меньше, тем лучше… лучше, как говорится, меньше, да лучше… хотя больше и хуже на мой взгляд было бы оптимальнее.

Арнольдыч сидел за своей дверью насупившийся, как сыч, я понял, что каши с ним не сваришь и повернул налево, по направлению к своему жилищу. И тут меня ждал новый шок — навстречу по проезжей части пронесся самокат с пацаном верхом на нем, но колес у этого самоката не было… скользил он в десятке сантиметров от дороги без всякой опоры… воздушная подушка у него что ли? Да не, бред это — для воздушной подушки нужен двигатель мощностью с КАМАЗ, бензобак на полсотни литров и реветь все это должно, как трактор, выбирающийся из грязи.

А что тогда поддерживает этот самокат… ответа я не сумел сформулировать, а просто двинулся дальше на непривычно пустой проспект Кирова.