Младший научный сотрудник-7

Мы шустро развернули это дело — оказалось оно маскировочной сетью с морским уклоном, не зеленая и не серо-белая, а с голубоватыми такими наклейками.

— Накидываем сверху, — скомандовал кубинец, — ты на корме ее держи, а я на нос пойду.

Я так и сделал, хотя ветер пытался вырвать все это добро у меня из рук.

— Завязывай края за швартовы, — крикнул мне он, и я честно попытался найти на катере эти швартовы… получилось не сразу, но завязал, с обоих концов. Хуан то же самое очевидно сделал на носу, после чего мы встретились посередине.

— Теперь ложись на дно и лежи там тихо, — продолжил командовать он, — авось пронесет.

И ведь пронесло… через полчаса примерно прожектор погас, тогда мы поднялись, и Хуан опять завел мотор.

— А если бы они нас поймали — тогда что? — решил поинтересоваться я.

— До десяти лет тюрьмы, — угрюмо ответил он, — но вообще-то по максимуму они редко дают… скорее всего катер конфисковали бы и дело с концом.

— А сколько он у тебя стоит, этот катер? — задал я следующий вопросик.

— Семь тысяч песо, — нехотя ответил он, — когда новый был, сейчас дешевле.

— Это сколько же в долларах-то? — задумался я.

— Три штуки примерно.

Следующий час мы шли молча, ветер поутих, барашки спрятались, я уже начал радоваться, что путешествие наше вот-вот успешно закончится, но как оказалось, преждевременно.

— А это что за буруны впереди? — спросил я, разглядев что-то в неверном свете луны.

— Не знаю, — ответил сквозь зубы Хуан, — раньше вроде ничего тут не было.

— Очень похоже на подводные камни или на эти… на коралловые рифы, — вспомнил я прочитанное в энциклопедии, — я бы обошел это место стороной.

— Не учи ученого, — ответил он мне народной кубинской поговоркой, и мы только ускорили ход.

* * *Очухался я, короче говоря, только когда волны выбросили меня на песочек какого-то берега… ни Хуана, ни его катера в пределах видимости не значилось…

Глава 16

Робинзон Балашов

Робинзон Балашов

Первым делом ощупал карманы — слава богу, запаянные документы и деньги лежали на месте.

А вторым делом встал и осмотрелся… береговая полоса уходила далеко влево и вправо, прямо перед носом росли пальмы, и ни единой живой души. Разделся догола, развесил одежду на ветках, а сам начал прыгать и приседать, чтоб согреться — получилось, но не сразу. Солнце еще не выкатилось в небеса, но было относительно светло, значит раннее утро.