Наконец Савичев, сглотнув слюну, сказал:
– Но мы же этого не знали! Мы сами сейчас… Одним словом, в недоумении. Да, Леш? – Он повернулся к Гаранину, который только кивнул, он был весьма потрясен новостью.
– И что? – продолжал Савичев. – В милиции-то что говорят?
– Ничего, потому что милиция этим делом официально пока не занимается, – развела руками я. – Пока все выясняем мы сами, частным образом.
– Ничего себе, – пробормотал Савичев, озадаченно почесав лоб. – И что, ни слуху ни духу?
– Нет, нет! Никому ничего не сообщил, даже мне! – закричала Ксения и вдруг расплакалась.
– А тут еще вы мешаете, лезете со своим долгом дурацким! Да отдам я вам эти деньги, только отвяжитесь!
Парни снова переглянулись.
– Ну, тогда… Мы тогда и требовать не станем, если Вячеслав… – Гаранин никак не мог подобрать слова и обратился к своему более раскованному в общении приятелю.
– Да мы после можем это обсудить, – махнул тот рукой. – Раз такое дело, то мы подождем. Что мы, не люди, что ли? Мы вот вам телефон свой можем оставить.
И он протянул Ксении скромную визитку, которая гласила, что Дмитрий Викторович Савичев и Алексей Николаевич Гаранин являются совладельцами ЧП «Савичев», занимающегося продажей печатной продукции. Далее шли их контактные телефоны.
– Ну что ж, – вздохнула я. – Остались формальности.
– Какие формальности? – хмуро спросил тот, кого звали Алексеем.
– Проблема с алиби на момент исчезновения Вячеслава, – объяснила я. – Извините, но надо бы до конца удостовериться, что вы здесь ни при чем.
Тем более, что у вас и мотив есть, и деньги при Вячеславе были, когда он пропал…
Алексей и Дмитрий недовольно нахмурились.
– Да мы вообще не знали, где он и что! Как мы его могли убить?! Вы же это имеете в виду!
– Давайте не будем препираться, – остановил парней Перетурин. – Речь идет о вполне конкретном дне и времени. Что, так сложно вспомнить, где вы были?
И Родион назвал дату и время, когда пропал Вячеслав. Первым откликнулся на призыв Перетурина блондин Алексей.
– Да дома каждый у себя был! – воскликнул он.
– Мы где-то в начале второго расстались, Диман меня подвез и домой поехал. Я поднялся и стал обедать, родители могут подтвердить, они еще телевизор смотрели.
– А ты? – повернулся Родион к Дмитрию Савичеву, – ты куда поехал?
– Домой поехал! – с нажимом сказал тот. – Правда, у меня с алиби похуже – я один живу, без родителей.
И снова замолчал, трогая голову.
– Значит, никто не видел, как ты приехал домой? – уточнил Родион.
