Мне без тебя не жить

В этот миг Элен захотелось как следует встряхнуть своего непутёвого кузена, который напрочь забыл о существование жены, полностью отдаваясь прелестям, которые таил в себе большой город. До Елены начали доходить слухи о разгульном образе жизни Михаила. И Вержбитская справедливо полагала, что в скором времени об этом узнает и сама Катя. Как себя поведет в этом случае мадам Акарчеева стоило только догадываться.

Чуть позже для Катерины начались самые страшные часы в её жизни. Боль, что терзала её время от времени, заставляла забывать обо всём.

Очередной приступ скручивал тело так, что Катя забывала, что надо дышать. Липкая испарина покрывала лоб и руки. С каждым разом боль все нарастала и нарастала, пока Кате не стало казаться, что она охватила ее тело целиком, не давая даже малейшей передышки. В глазах темнело и голос повитухи звучал уже еле слышно. Катя из последних сил боролась с темнотой, что готовилась поглотить ее. Собрав волю в кулак, Катерина сделала последнее усилие и комнату вдруг оглушил звук громкого детского плача. Катюша устало прикрыла глаза. «Теперь можно было отдохнуть.» — с облегчением подумала она, как вдруг новый приступ боли охватил тело. Катя испуганно вскрикнула, ища глазами повитуху.

— Что это? — сминая руками простынь, выдохнула она.

— Тужься милая, — послышался голос женщины, и Катя вновь приложила все усилия, чтобы немного облегчить свои муки. Когда же вновь раздался требовательный плачь, Катюша удивлено посмотрела на повитуху.

— Две чудесных дочки у тебя, барыня, — широко улыбаясь, сказала румяная женщина, показывая Катерине два маленьких свёртка.

Катюша устало улыбнулась. Ради этих крошек стоит жить дальше, и отныне это весь смысл её нелегкой жизни.

* * *Мишель же выйдя на улицу сам не знал куда стоит идти. Настроение было настолько скверным, что хотелось что-то ударить, разбить. Перед глазами всплыл милый образ Катерины, которая ласково целовала его лицо, когда он вернулся из Киева.

Как искренне она просила прощения, глядя на него своими синими, словно морская волна, очами. И ребёнок — она более не думала о нем с той ненавистью, которая охватывала её в начале.

Михаил все дальше и дальше шёл по мостовой, думая о том, как ему ныне поступить. Запустив пятерню в непокорные кудри, Акарчеев застонал. Он понимал, что если жена прознает о его предательстве, то никогда не простит. Её слова живо говорили о том.