Мне душу рвет чужая боль

И, главное, домой не просится, хотя и не скрывает, что ей нужно многое оттуда забрать, чтобы здесь жить было удобней. Ночью Артур сходит с ней, поможет собрать ей вещи. И телевизор заодно прихватит: надо же знать, что творится в криминальном мире.

– Да есть немного, – поднимаясь с колен, угрюмо сказал Бобыль. И, недовольно глянув на него, спросил: – Почему не разбудил?

– Спал крепко, жалко было будить.

– Жалко у пчелки… И не только… Ты свое жалко натер, а я что, в пролете?

– Кто тебе сказал, что натирал?

– Да слышал я, как она выла…

– Это она на луну выла.

– Ага, а твой волк сзади пристроился… Может, я тоже хочу?

– Зачем тебе баба? Ты же бобыль по жизни.

– Не по жизни, а по фамилии.

– Значит, хреновая у тебя фамилия.

– Зажал бабу, так и скажи!

– А пусть она тебе скажет. Спроси у нее, хочет она с тобой или нет. Если хочет, можешь впарить ей прямо сейчас.

Артур вздрогнул, услышав за спиной зычный женский голос. Не думал он, что Полина может ходить так тихо.

– Ты так больше не подкрадывайся, – не оборачиваясь, жестко сказал он. – А то пальну ненароком…

– А у меня тоже ствол! – осклабился Бобыль. – Хочешь попробовать? Не пожалеешь…

– Я же сказала, не хочу, – более мягко, но все так же уверенно сказала женщина.

– Ты в пролете, Бобыль, – оскалился Артур.

– Так она еще не знает, что теряет…

– Ты хороший парень, – сочувственно посмотрела на него Полина. – Но я люблю Артура. И больше мне никто не нужен. Извини…

Она была совершенно искренна в своих суждениях.

– Такие вот пироги, – сказал он, злорадно глянув на своего дружка.

– Пирогов пока нет, – мягко улыбнулась Полина. – Но будут. Домой ко мне сходим, и будут…

– Когда сходим? – не унимался Бобыль.

– Может, я тебя провожу?

– Артур меня проводит.

– А далеко ты живешь?

– Тебе не все равно? – жестко спросил Артур, косо глянув на своего дружка.

– Э-эх! – Наконец-то до Бобыля дошло, что с Полиной ловить ему нечего.

За обедом он выпил остатки коньяка под яичницу с ветчиной и завалился спать. Артур же завалил Полину – уж больно хорошо было с ней.

А ночью они отправились к ней домой. Она шла легко и непринужденно, как будто висевшая над ней луна ослабляла силу тяжести. Казалось, посади ее на метлу – полетит… Она действительно была ведьмой. И Артур уже чувствовал, что околдован ею…

Но возле дома она вдруг остановилась – как будто прикипела к земле.