Мне душу рвет чужая боль

 – Лицо у него тупое… И палочкой дорогу нащупывал… Да, кажется, мне показалось… Это все из-за этой ведьмы. Так на меня посмотрела, что у меня душа наизнанку вывернулась… Что мы здесь делаем? – опомнившись, спросила она.

– Кажется, ты куда-то спешила?

– Да, кажется, я очень тебя хотела… Но, похоже, все перегорело… Но если ты хочешь, то пойдем. Холодно здесь, брр…

Она подставила Валентину локоток, и он позволил увлечь себя в подъезд. Консьержка знала их в лицо, поэтому пропустила без слов.

Оказавшись в квартире, Кристина первым делом прошла на кухню, включила кофеварку и чайник.

– Мне надо согреться, – сказала она, хотя в доме было достаточно тепло.

– Может, я тебе помогу?

На Валентина порчу никто не наводил, и пожар в нем не перегорел. И если в машине он боялся прикоснуться к ней, то сейчас ему ничего не мешало прижать ее к подоконнику.

Она была похожа на мотор с плохой искрой зажигания. Валентин как стартер крутил ее маховик, она вроде бы схватывалась, но завестись никак не могла. Впрочем, в его аккумуляторах было столько энергии, что их «машина» могла ехать только на нем одном…

Короткая юбочка задиралась легко, стянуть колготки не составило труда.

Его детонатор воспламенился, вот-вот должен был последовать взрыв, когда Кристина вдруг напряглась и внутренне сжалась.

– Эта сука смотрит на меня!

В панике она вырвалась из его объятий, одернув юбку, прижалась спиной к дальней стене на кухне.

– Эта ведьма меня видела, – опускаясь на корточки, пробормотала она.

Валентин выглянул в окно, но никого не увидел. Зато его внимание привлек джип, на котором уехала странная парочка. Выходит, она уже вернулась.

– Тебе надо успокоиться.

Он сходил в комнату, наспех расправил диван, вернулся за Кристиной, взял ее на руки, отнес в постель. На кухне из пластиковой бутылки вылил минералку, освободившуюся емкость залил горячей водой из чайника, сунул ее Кристине под одеяло.

– Я не смог, может, хоть это согреет? – с благодушной улыбкой сказал он.

– Ты на меня обижаешься? – разочарованно сказала она.

– Да ладно, вижу, что в обиде… Ложись ко мне…

Он с удовольствием выполнил ее просьбу, она прижалась к нему, обняла, чтобы согреться.

Он, конечно, был охоч до постели с ней, но и половым гигантом себя не считал.