Мне душу рвет чужая боль

– А разве после первого случая вы не установили в подъезде камеру наблюдения?

– А бомба, тем не менее, второй раз упала в ту же воронку… Приметы приступников запомнили?

– Нет, не успел… Все так внезапно… Но это и необязательно.

– Ну как же без примет?

– А не знаю! Как хочешь, так и ищи!.. У тебя есть агентура, у тебя есть связи в криминальном мире… В общем, делай что хочешь, но, пока преступники не будут найдены, ты со службы домой не уйдешь.

– Ну что ж, агентура так агентура… Поеду на встречу с агентом…

– Э-э, нет, не надо маленьких дурить! Знаю, куда ты собрался! Куда жена, туда и ты!

– Так надо… Я же говорил, ей угрожает опасность. За ней может охотиться Артур.

– Найми телохранителей, пусть они ее охраняют.

– Нельзя телохранителей, – покачал головой Степан. – Артур с ними церемониться не будет. Он будет стрелять в них, он может зацепить Жанну…

– А в тебя стрелять не начнет?

– Это уже другое дело… Мне нужно быть с Жанной, и я поеду с ней.

– Нет! Ни часу, ни двух!.. Найдешь преступников, тогда пожалуйста, езжай куда хочешь…

– Хорошо, я займусь этим…

При всем своем желании Степан бы не смог найти обидчиков Одинцова за несколько часов. Тем более, что не было такого желания. Но ему нужно было создать видимость служебного рвения и под каким-нибудь предлогом улизнуть со службы.

Он вышел из бывшего своего кабинета и сразу же позвонил Жанне.

– Подожди минут пятнадцать…

Она могла бы и не объяснять, что происходит. Судя по едва уловимому шелесту мотора и ходовой части, Жанна находилась в ехавшей машине. Значит, она не дождалась его.

– Не рвись, не надо, – сказала она. – Я сама съезжу. И как только буду дома, позвоню тебе…

У Степана захолодило под мышкой, но он постарался списать этот сигнал не на плохое предчувствие, а на волнение, связанное с неурядицами по службе.

Артур не шел, он почти бежал к своей машине, ожесточенно постукивая перед собой палочкой. Он так разволновался, что едва не сел за руль.

Казалось бы, чего волноваться, если доподлинно известно, что госпожа удача целиком и полностью на его стороне.