Мне и так хорошо

Больше я ничего не успела сделать, так как за спиной услышала знакомый мужской голос.

– Не хорошо рыться в чужих вещах.

Я содрогнулась. Потом вскочила на ноги и встала, как вкопанная. Прямо передо мной стоял Стас. Он как всегда был безупречно одет и улыбался своей блестящей улыбкой. В его спокойной, мужественной позе было что-то настораживающее.

– Я не имею привычки, лазить по чужим вещам, – робко ответила я. – Просто подумала, что это мусор. Хотела прибраться.

– Обычно сначала спрашивают у хозяина, чтобы удостовериться – мусор ли это? – сказал Стас и сделал шаг в мою сторону.

 – Лишь после того, как хозяин подтверждает ненужность вещей их можно «прибирать».

Я сделала шаг назад. Неожиданно я подумала, а что если дед с внуком заодно? Мне давно не было так страшно.

– Ты чего? – спросил Стас. – Я не кусаюсь.

– И, слава Богу,– ответила я, продолжая пятиться назад.

Он стоял с обескураживающим видом и явно не понимал моих маневров. Но, в данный момент меня меньше всего волновало то, что он обо мне подумает.

Меня волновало мое спасение. Я даже представила на секунду, как эти двое тащат меня в какой-нибудь погреб и закрывают там со словами: «Любопытство сгубило кошку».

– Что тут у вас? – послышался голос вошедшего Аркадия Семеновича. – Уж не испортил ли я какой-то очень значимый момент своим появлением?"

"– Я не знаю, – ответил Стас. – Она сегодня не такая, как всегда. Слишком зажатая и подозрительная. И, по-моему, она меня боится.

– Что за чепуха! – удивился Аркадий Семенович.

 – С чего бы ей тебя бояться? Ты сделал что-то плохое?

– Нет, конечно! – возмутился Стас. – Я же не идиот!

– Тогда почему? – не унимался старик.

– Я застал ее над изучением твоих газет, – сказал Стас. – А потом она вдруг ни с того ни с сего насторожилась и стала пятиться к выходу.

Аркадий Семенович подошел ближе и наклонился над пожелтевшими и потрепанными газетами. На его лице отобразилась такая боль, что когда он заговорил, было слышно, что ему плохо.

– Ах, эти газеты… Когда-то давно, когда все это только началось в нашем городе, я был еще не так стар и мне казалось, что благодаря своему уму, я смогу помочь милиции в розыске этого дьявола.

Я стал следить за всеми новостями, за всеми доводами и результатами, но так и не смог им помочь. Иногда мне казалось, что я настолько близко, что вот-вот лицо этого негодяя будет у меня перед глазами, но…

Я стояла, разинув рот и выпучив глаза. Аркадий Семенович не поднимал глаз.