Мне к лицу даже смерть

"

"Танька надулась и ушла в свое отделение. Вечером, сославшись на головную боль, на сабантуй я не пошла. Пить коньяк, да еще подаренный Ильей, не хотелось. Взяв книгу, я удобно устроилась в кресле и попыталась вникнуть в суть написанного. Строчки плясали перед глазами и никак не хотели складываться в слова. Около полуночи, проверив больных, я пошла спать. Утром, закончив дежурство, переоделась и в подавленном настроении спустилась вниз.

– Машенька, ты что хмурая такая? – спросил меня знакомый врач.

– Да так, не выспалась что-то, пойду домой отдыхать.

Открыв дверь, я вздрогнула и остановилась как вкопанная. К выщербленным ступенькам больницы подкатил шикарный “линкольн” с закругленными фарами. Из “линкольна” вышел Илья с огромным букетом алых роз в руках. Он был одет в дорогой костюм красивого темно-синего цвета. Я тряхнула головой. Может быть, это сон или просто судьба решила сыграть со мной очередную жестокую шутку? А может, наш вчерашний пациент решил посмеяться надо мной? Вконец растерявшись, я попятилась к спасительному входу в приемный покой.

Илья, по-хамски оглядев меня с головы до ног, одобрительно присвистнул. Затем он поправил галстук и торжественно протянул мне восхитительно пахнувшие цветы.

– Что это? – дрожащим голосом спросила я.

– Розы, – засмеялся Илья.

– Кому?

– Тебе конечно, кому же еще!

– Мне?

– Тебе. Я к тебе приехал. Ты что, Маша, разве не поняла?

Я глубоко вздохнула, прижала к груди букет и оглянулась на больничные окна. Из ординаторской на нас смотрел Петрович.

Баба Люба с Танькой застыли в коридоре. Видок у них был еще тот! Отвернувшись, я вновь встретилась глазами с Ильей.

– Понюхай, здорово пахнут? Я самые лучшие выбирал.

– Знаешь, мне никогда и никто не дарил цветы.

– Тебе приятно?

– Я даже не знала, что может быть так приятно!

– Ладно, Маш, садись в машину. Поедем в ресторан, там ты мне все и расскажешь, а то сейчас какой-нибудь любопытный из окна вывалится. Уставились, как твари!

– Пусть смотрят, им же интересно. Такие пациенты в нашей больнице не каждый день лежат, а уж тем более не дарят такие букеты медсестрам.

– Маш, садись в машину. Я не могу общаться под чуткими взглядами твоих сослуживцев.

– В больнице для тебя не существовало ни преград, ни запретов. Тебе было наплевать, кто там на тебя смотрит.

– Теперь я уже не в больнице.

– Что-то изменилось?

– Маш, хватит дурить. Садись в машину и поехали. По дороге обо всем поговорим.

– Может быть, ты меня стыдишься? Так скажи, я пойму.