Мне нельзя тебя любить

К слову, она зашла в мою спальню. Личных вещей там нет, я ведь не живу здесь. Просто всегда сплю в этой комнате, когда приезжаю сюда отдохнуть."

"Через десять минут нам приносят ужин на двоих. Горничные быстро сервируют стол, пока я разжигаю камин. Ирина не выходит из головы ни на секунду. То и дело перед глазами встает ее соблазнительная фигура, пышная грудь, стройные ноги… Даже не помню, когда я последний раз так западал на девчонок. Наверное, в пубертате.

Горничные удаляются, оставляя на столе умопомрачительно пахнущий ужин на двоих и бутылку вина.

Дверь распахивается, и меня снова ослепляет красота девушки. Настолько, что забываю, зачем стучал.

— Слушаю, — первой прерывает затянувшееся молчание.

— Ужин готов, — отмираю. — Спускайся вниз.

— Спасибо, но я не ем в двенадцать ночи.

Она порывается захлопнуть перед моим носом дверь, но я успеваю подставить ногу.

— Ты моя должница, — напоминаю.

— Я предложила вам деньги.

— Я деньгами не беру, я беру ужинами.

— Я не голодна, — она снова пытается закрыть дверь, но я ей не даю.

И почему к ее красоте прилагается строптивость, а не покладистость?

Распахиваю дверь и быстрым движением взваливаю на плечо Иру.

— Отпустите меня немедленно! — колотит меня, пока я спускаюсь по ступенькам.

— Я же уже сказал на дороге, что не отпущу.

Ира продолжает бить меня по спине, пока я не ставлю ее у стола. Чтобы она не вырвалась и не умчалась обратно в комнату, прижимаю к нему бедрами.

— Что же ты такая строптивая, а?

— А что же ты такой надоедливый? — тяжело дышит и поправляет взлохмаченные волосы.

— Вау, ты перешла со мной на «ты». Прогресс.

Опускаю взгляд с ее лица на шею и замечаю, как пульсирует венка. Должно быть, пульс у нее сейчас зашкаливает. Нервничает? Боится меня? Я совсем не знаю Ирину, но могу сказать точно: она не из пугливых.

— Может, все-таки отойдешь от меня? — ее голос заставляет меня поднять взгляд от шеи с ключицами обратно к лицу.

— Обязательно, — и вместо того, чтобы сделать шаг назад, кладу на ее тонкую талию руки.

Дергается, как от удара током.

— Я не позволяла ко мне прикасаться, — цедит.

— А мне не нужно разрешение, — вожу руками вверх-вниз по шелковой ткани платья.

Упираюсь в Иру бедрами. Она не может не чувствовать, как я ее хочу. Жду, что девушка даст мне пощечину или начнет вырываться, но неожиданно она замирает.