Яна даже подумывала о том, чтобы при случае отколоть кусочек от священного обсидианового монолита и сделать артефакт, способный переместить в земной мир, чтобы там, на месте, разобраться с Вивьен и помочь предназначенному уладить дела с полицией. Она поставила этой задаче второй приоритет после совместного с Моррисом похода к атайцам.
Яна с Этьеном преодолели последние несколько ступеней и оказались на крыше храма. Сегодня она выглядела совсем не так, как во время первой церемонии. Тогда всё было необыкновенно просто: только небо и звёзды, Яна и Моррис.
А теперь пространство крыши было украшено цветами: лилии, тюльпаны, левкои, розы и какие-то эффектные экзотические растения, название которым она не знала, — все снежно-белые.
Яна догадывалась, кто распорядился украсить крышу — Ренард, отец Морриса. За день до церемонии он спрашивал у Яны, какие она любит цветы. Она ответила — любые, если они белые. Теперь она поняла, почему он интересовался. Хотел сделать Яне приятное.
Цветы — не единственный его подарок. Изящное белое платье, украшенное жемчугом, в котором сейчас была Яна, тоже подарил отец Морриса. Она приняла подарок, потому что у Ренарда был железный аргумент:
— Вторая церемония посвящается гостям, значит, нельзя отказывать их желаниям.
В умении настоять на своём отец был очень похож на сына.
Говорил Ренард с Яной, конечно, не только о подарках. Их беседа с глазу на глаз длилась более трёх часов. Они затронули много самых разных тем.
— Вы отважная девушка, Вивьен. Не каждая бы решилась быть рядом с Моррисом, — Ренард был очень откровенен. — Мой сын — непростой человек. Нам обоим пришлось пережить многое.
Он рассказал о том, через что прошёл, когда Моррис был ребёнком. Яна уже знала эту историю, но взглянула на неё под другим углом — глазами отца."
"Оказалось, что Ренард стал целителем-магом только потому, что хотел помочь сыну, приобретшему дамарийскую сущность, легче пережить магические метаморфозы.
У Ренарда от рождения был дар врачевания, но не было призвания. Выращивать орешник на плантациях нравилось ему гораздо больше. Но когда сыну потребовалась помощь, призвание проснулось.
Преданность детям — это ещё одна их с Моррисом семейная черта.
— Я боялся, что мой сын, приобретший дамарийскую сущность, никогда не сможет стать счастливым, — поделился Ренард. — Но сейчас он счастлив. И я знаю, кто тому виной.
Он улыбнулся, а Яна покрылась румянцем.
