И Моррис, заметив это, решил усилить положительную динамику — предложил перекус.
Её хозяйственный викинг принялся доставать снедь из корзинки, которую предусмотрительно захватил из дома. Он вручил Яне огромный сандвич с индейкой и зеленью и себя не обделил таким же.
Почему-то на свежем воздухе у Яны всегда просыпался зверский аппетит, поэтому она нисколько не испугалась внушительных размеров своего сандвича. Она расправлялась с ним, наслаждаясь каждым кусочком, попутно испытывая удовольствие от того, с каким аппетитом набросился на индейку Моррис.
— А ты не хочешь попробовать позаниматься с Кристофом сама? — он протянул Яне флягу с чаем.
— Сама? Но я же не художник.
— Зато писатель, — Моррис улыбнулся.
Яна как-то рассказывала ему, чем занималась в земном мире. ""Сочинять истории — мой хлеб"", — делилась она. Он был под впечатлением, хотя и заявил, что не удивлён, потому что всегда знал, что у неё богатая фантазия.
— Думаю, ты могла бы быть полезной для Кристофа. Писатель — тот же художник, только рисует картины не кистью, а словом.
У Яны потеплело в груди. Какая огромная разница с тем, что когда-то говорил Даня.
— Боюсь, всё равно не смогу ему помочь. Ведь его художественный и магический дар взаимосвязаны. А у меня такой связи нет.
— А что если есть?
От этих слов Морриса у Яны волоски на затылке встали дыбом. Она никогда не думала в этом направлении. Но как бы было страшно и одновременно восхитительно — обнаружить, что все написанные ею тексты имеют какую-то магическую силу. Верилось в такое с трудом, но всё равно захватывало дух.
Яна решила обдумать эту сумасшедшую идею на досуге, а пока нужно было настраиваться на разговор о Ринате.
— Есть кое-что ещё, о чём мне нужно рассказать.
Моррис кивнул. Похоже, он догадывался, что самые тревожные новости впереди. Он обнял Яну, прижал к груди. В кольце его рук она почувствовала себя в безопасности и выдала ему всё, что сказал ей Ринат.
Моррис слушал спокойно, но Яна чувствовала, как вскипает в нём гнев.
— Он солгал. Я почти уверен, — викинг успокаивающе гладил Яну по руке.
"
"— Это как-то можно проверить? Ты видишь метки судьбы?
— Нет. Видеть то, что предначертано, редкий дар. У Жюля получилось только благодаря артефакту.
— Может, я бы и смогла со временем сделать такой же, но сам Жюль считал своей ошибкой то, что вмешался в тонкую материю судьбы.
— Нам не понадобится артефакт, который читает судьбы, а только артефакт, который позволяет свободно перемещаться по землям атайцев.
