Понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Яна приподняла голову. Из окна лился неяркий свет — сейчас раннее утро. Первый раз за долгое время ей приснился сон. Вернее, сны-то ей, может, и снились, но она их забывала, не успев проснуться. А этот запомнился. Не весь, но хотя бы один фрагмент. С кем она разговаривала? С каким-то мужчиной. Упрекала его, что равнодушен к судьбе внебрачного сына. Образ мужчины был слишком мутным, чтобы разобрать кто он. Непонятно, знает ли его Яна. Но она радовалась уже тому, что хоть что-то запомнила.
Может, это развивается перенятый у Жанетт дар-проклятие? Может, со временем Яна сможет восстанавливать в памяти все детали сна? Ух, как это было бы полезно! Хотя не все чужие тайны ей хотелось бы знать. Научиться бы управлять своими снами.
Первую половину дня Яна и её команда потратили на реализацию своей идеи превратить двор в импровизированный кукольный театр. Они уложились в срок. К тому моменту, как жюри конкурса приступило к осмотру дворов, у них всё было готово — и театральная ширма, и артист, и зрители.
Насчёт того, будут ли зрители, Яна сомневалась до последнего. Кто захочет провести некоторое время во дворе проклятой лавки? Но благодаря стараниям Бонифаса, смельчаки всё-таки нашлись.
Сегодня с самого утра он расклеил по всему городу объявления о спектакле. Кроме представления афиша обещала ещё и бесплатные напитки. Напитки, разумеется, сам Бонифас и обеспечил. Он заварил восемнадцать сортов чая без чая. Стаканчики с ароматным содержимым ровными рядами стояли на столе, который был вынесен из лавки.
В общем, аншлаг был обеспечен. Обе свежевыкрашенные скамьи заполнились зрителями в количестве восьми человек. И даже пришлось выносить стулья из лавки, потому что желающие посмотреть спектакль и вкусить дармового чая всё прибавлялись и прибавлялись.
Этьен, поощрённый аплодисментами, начал разыгрывать миниатюры, и всё внимание зрителей сконцентрировалось на его куклах. Доби-Боби сразу стал всеобщим любимцем, хоть и не блистал умом.
— Я кажусь вам глупым? — спрашивал он у публики. — Это потому что я влюблён. Все влюблённые — глупцы. О, а вот и моя несравненная Люси, из-за которой я потерял сон… и мозги…"
"""Несравненная"", которую Этьен сшил сегодняшней ночью, была особенно хороша — губки бантиком, бровки домиком, правда, нос крупноват — на пол лица, но любовь слепа — Доби-Боби изъянов не замечал и комплиментов не жалел. Его ухаживания набирали обороты. Зрители покатывались со смеху.
