С той стороны постамента тоже кто-то стоит и тоже опускает руку в воду. Яна не видит его лица. Ей не интересно. Она изучает рисунок на постаменте — две перекрещенные стрелы.
— Предназначаю ЕЁ — ЕМУ… — произносит мужчина в белых одеждах. На него Яна тоже не смотрит, потому что и он ей скучен. — …да скрепит мои слова воля нашей праматери Атай…
Получилось! Пришли первые воспоминания. Только Яна с трудом могла их расшифровать. Она была у атайцев и участвовала в каком-то обряде? Это они забрали у неё дядюшкин артефакт? Вопросов много, но она решила оставить их на потом.
Сейчас главное — не упустить воспоминания. Она плыла на их волнах. Этот в белых одеждах всё говорил и говорил, и в какой-то момент маленькая Яна почувствовала неприятное жжение в пояснице. Это заставило её вынуть руку из воды и взглянуть на обладателя белых одежд. Оказывается, его лицо чётко отпечаталось в детских воспоминаниях и сейчас всплыло перед мысленным взором. Что?! Как такое может быть?! Яна прекрасно знала этого человека.
Глава 27. Очередь
Моррис вышел из Саульской пещеры с тяжёлым сердцем. Хорошо, что Зулу напоила его чаем из листьев кислицы, который снимает тоску. Колдунья, скорее всего, и других трав не пожалела, которые отключают гнев и ярость. Не будь он под действием чая, наломал бы дров.
Первым делом Моррис отправился к дереву, возле которого его ранили. Хотел ещё раз изучить стрелу. Шёл быстро, мысли бурлили.
Он полагал, что этот варварский атайский обычай предназначения остался в прошлом.
У атайцев всегда рождалось мало девочек. Это их проклятие. Любому народу за сильный дар приходится чем-то платить. В седую старину они практиковали брать для своих юношей жён со стороны. Особенно ценились девушки с сильным даром. Считалось полезным вливание новой магии в Атайский род. Ходили слухи, что Атайские юноши могли даже похитить себе невесту. Но те лихие времена прошли. Сейчас никто не похищает девушек и уж тем более юных девочек.
Яна сказала, что знак на пояснице у неё с детства. Так неужели атайцы провели брачный обряд над ребёнком? Они же наоборот практиковали поздние браки. Считали, что магия должна вызреть — девушкам должно быть не менее двадцати пяти, когда они вступают в супружескую жизнь. Но видимо, Атайские шаманы так сильно хотели вливания в свой род магии Яны, так боялись её упустить, что решили провести ритуал в раннем детстве.
