Мне нужна жена

- Ну ты же хотела сейчас сказать, что я брехло кукурузное и эти отметины не результат падения от катания на лыжах.

- Я не так хотела сказать, но…

- Суть одна, - заканчивает за меня Сафронов. - Я разбился на машине. Без жертв, но с некоторыми последствиями для себя, - неожиданно легко выдает Стас, от чего хочется его ударить за наигранную легкость. – Ну разве шрамы не украшают мужчин? – встает с сиденья, демонстрируя мне голую задницу, прихватывает веник и возвращается назад, присаживаясь рядом.

- Не знаю, - растерянно бросаю я.

- Как давно это было? – задаю вопрос, а сама начинаю тихо себя ненавидеть. Хочется спросить совершенно другое: как, что за последствия. А вместо этого «как давно». Дура! Какая к черту разница было это полгода назад или больше. Вот только кинуться на него с интересующими меня вопросами – не могу. Очень хочу, но не получается. Язык словно к небу прирос.

- Почти сразу после развода. Ложись на живот, Алька, я тебя веником побью.

- Нет. Мне давно уже пора отсюда уйти.

Знаешь же, что я терпеть не могу бани, - приподнимаюсь с сиденья, затягивая сильнее простыню, но Стас тут же перехватывает меня за руку и усаживает обратно.

- Надо, Аля, надо. Я из тебя сейчас все плохое изгоню.

- Про себя не забудь, - резко бросаю я.

- Не забуду. Сначала я тебя побью, потом ты меня… веничком. Ну как?

- Я первая, - предлагаю я, прикусывая губу, чтобы не засмеяться.

- Комбинацию из трех пальцев показать? Первый я, Аля. Ложись. Будем окончательно мириться.

- Битьем вениками? – скептически интересуюсь я, а сама внутри испытываю необъяснимое чувство радости.

- В том числе.

- Может идея не плохая, но мы не одни, в чужой бане. И так уже налажали.

- Не бойся, они не придут, пока мы не выйдем.

- Откуда вдруг такая уверенность?

- Я попросил Вольского оставить нас одних. Ну а тут Тамара сама его раньше времени увела. Так что не трусь, Алька.

Сафронов стаскивает с меня простыню, кладет ее на сиденье, я привстаю с места и застываю, глядя на кислое лицо Стаса.

- Трусы?! Мать твою за ногу, кто ходит в баню в трусах?!

- Я.

- Снимай давай.

- Разбежалась.

Ложусь на свою простыню, подкладываю под голову руки и жду. А еще улыбаюсь, сама не зная почему.

- Ты там живой?

- Определенно, апельсинка, - проводит рукой по моему бедру вверх, задевая резинка трусиков. И тут до меня вдруг доходит.

- Почему апельсинка?!

- Да у тебя ножки чуток целлюлитные стали.

Сволочь! На больную мозоль, можно сказать, наступает.