— Чёрт! Выпей грёбаную воду и ложись уже спать!
Тиффани послушно сделала несколько больших глотков, а затем я отвёл её обратно в спальню и уложил на кровать.
— Мне жарко, — простонала она, когда я уже собирался уйти.
Пришлось помочь ей снять платье. Она тяжело дышала, щёки всё ещё красные. Я поставил на прикроватную тумбу бутылку воды и сразу открыл её, мало ли у неё с похмелья сил не будет.
В этот момент дверная ручка дёрнулась, и я вздрогнул. Хорошо, что запер дверь. Вдруг подумал, что когда уйду, Тиффани не сможет запереться и что тогда? Будет лежать здесь в одном нижнем белье, почти без сознания, и кто-нибудь может этим воспользоваться.
Какое мне до этого дело? Вообще по хрен!
Но внутри что-то свербело, не давая спокойно уйти. Снова кинул взгляд на Тиффани. Лежала с открытым ртом, моргала.
— Чего не спишь?
— Меня всё ещё тошнит, — простонала она.
— Пить меньше надо!
Ну и что мне с ней делать? В голову начали лезть неприятные мысли о том, что кто-нибудь будет её лапать, а потом и вовсе трахнет.
Или ещё хуже, её снова начнёт тошнить, и она захлебнётся собственной рвотой. Чёрт!
Тяжело вздохнув, я лёг с ней рядом на кровать. Решил подождать, пока она не уснёт или немного протрезвеет.
— Охрененное начало нового года!
— Извини, — проблеяла Тиффани и по привычке прижалась ко мне, утыкаясь носом в шею.
— Можешь ко мне не липнуть? — раздражённо проворчал я.
— Не могу. Мне нравится твой запах.
— Запах одеколона ты хотела сказать.
— Нет. Твой запах.
— И какой он — мой запах? — усмехнулся я.
— Родной, — тихо ответила Тиффани.
Родной…
Разве я был для неё родным человеком? Нет, конечно. Я относился к ней плохо, но она продолжала меня любить. Маленькая дурочка.
— Спи давай.
— Голова кружится, как только закрываю глаза.
— Зачем так напилась?
— Просто мне больно… Ты на меня даже не смотришь.
— Я на тебе женат, что ещё тебе надо?
— Я думала, когда мы поженимся, станем счастливы. Думала, ты меня полюбишь, — грустно произнесла она.
— Я говорил, что никогда тебя не полюблю.
— Какой ты жестокий, — снова расплакалась, пропитывая мою футболку своими слезами.
— Надо было не ждать меня, а ходить на свидания, встречаться с парнями. И ты бы поняла, что я совсем тебе не подхожу.
— Подходишь, — крепче прижалась. — Ты мне очень подходишь, Картер. Я тебя очень сильно люблю.
— Перестань это повторять.
— Когда-нибудь ты поймёшь — нет на свете женщины, что полюбит тебя сильнее меня.
— Хватит! Спи давай! Недоело слушать твои пьяные бредни.
