Я обхожу рыдающую девушку и спокойно направляюсь на выход из универа, не испытывая ни малейшего угрызения совести.
Ее ожидания — это ее проблемы.
Как и мои ожидания, что однажды Наташа исчезнет со всех плакатов города, — это мои проблемы."
"Она везде. Рекламу духов от «Ив Сен Лоран» давно сменила другая. Сейчас Наташа позирует с каждого столба в нижнем белье Calvin Klein. Я все чаще и чаще вижу ее на обложках журналов в киосках, в рекламных роликах по телевизору. Каждый день я засыпаю с желанием забыть Кузнецову, но каждое утро просыпаюсь и вижу ее повсюду.
Я напиваюсь на всех вечеринках до отключки. Меняю девушек, как перчатки. Пытаюсь всеми возможными и невозможными способами вытравить Кузнецову из головы и из сердца, но ничего не помогает. Я уезжаю на выходные в другой штат, в надежде, что там не будет Наташи, но крупно ошибаюсь: она везде. Даже контекстная реклама в интернете и популярных социальных сетях постоянно подсовывает мне Кузнецову. Как же было наивно с моей стороны полагать, что я улечу за океан, не буду видеть Наташу и со временем забуду ее.
— Леша, ты знаешь, что Наташа стала всемирно знаменитой!? — восклицает однажды в трубку Ира. — Я прочитала в одном журнале, что ее признали самой красивой девушкой современности.
— Давай сменим тему, — сухо прошу сестру.
— Нет, Леш, ну ты прикинь!? Наташка Кузнецова! Твоя одноклассница! Наша соседка! Она стала мировой топ-моделью!
Я кладу трубку.
Идет время, я жду, когда или исчезнет Наташа, или я стану спокойнее на нее реагировать, но ничего не меняется.
Ее начинают обсуждать в универе, на тусовках, в очереди за кофе в «Старбаксе».
— Хочу отключиться и чтобы мне приснилась эта модель. Она в сто раз лучше любой порноактрисы, — мечтательно заявляет пьяный Эндрю, затягиваясь сигаретой.
— Заткнись, — зло обрываю его.
— Хочу, чтобы она опустилась передо мной на колени, расстегнула мою ширинку…
Со всей силы пихаю его ногой.
— Эй, Алекс! — у идиота выпадает сигарета изо рта. — Какого черта!?
— Просто заткнись, — предупреждаю его.
— Заткнись и не говори больше ни слова.
— Тебе-то что!?
— Эндрю, я проломлю тебе череп, если снова услышу что-то подобное.
Приятель подозрительно прищуривается, но больше ничего не отвечает. Только сейчас я обращаю внимание, что в комнате воцарилась тишина, и на нас все внимательно смотрят. Я молча снимаю с крючка куртку и выхожу из студенческого дома в кампусе, чтобы отправиться к себе. По дороге снова вижу везде Наташу.
