Мне все равно

И жар…

Резкий стук в окно автомобиля, и я вжимаюсь в сиденье, а сердце бьется как испуганный воробей, залетевший сдуру в печную трубу.

Тор шипит, тихо выплевывая английское ругательство. Смешной.

Поворачивается, чтобы опустить стекло.

- Торыч, брат, ты что тут…. О-о-о… какие люди.

Нет, только не это. Всё-таки я везунчик в больших и жирных кавычках.

Да Винчи и Коршун, кто же еще? Хорошо, что не в компании с Мироновой. Она в последнее время постоянно с ними трется.

- Так, стопэ, отвалили оба, смотреть нельзя, - Тор говорит беззлобно, но уверено.

- Рома-ан? – Да Винчи специально тянет, и бровь выгибает, словно не друга по имени зовет, а… намекает на что-то.

Роман – это ведь не просто имя Рома, это как Люба – Любовь?

- Дань, отвянь.

- Ну, оке, вечер в силе?

- Забились. У меня.

- Ну, ариведерчи. Привет мышке.

- Мышке-малышке пламенный! – Они ржут, поднимаясь, Коршун посылает мне воздушный поцелуй дурачась.

А я опять не в своей тарелке.

Что вообще я делаю в этой машине? С этим парнем? Мне домой пора.

Она словно чувствует, что я думаю о ней. Телефон дрожит в кармане.

- Алло? Да, мам. Да, всё хорошо, - если не брать во внимание, что я чуть не попала под машину и чуть не поцеловала плохого парня. – Занималась, всё гуд. Нет, не дома. Встретила одноклассников. Кто? Не важно мам. Никто.

Никто резко жмёт на педаль и мотор ревёт...

* * *Мотор ревёт, а машина стоит на месте. Я испуганно поворачиваюсь к Тору, он не смотрит на меня, смотрит вперед, на дорогу, ухмыляется, потом головой качает, хмыкает и стреляет все-таки взглядом.

Быстро, резко, тут же отворачиваясь, кажется, опять читает рэп про себя, но я замечаю что-то в его глазах.

Обиду? Нет. Или да? Не знаю, но мне почему-то сразу становится стыдно. Он не никто. Он…

Я не знаю кто он сейчас мне. Сложно разобраться. И я боюсь разбираться. Боюсь, оказаться под завалами собственных чувств.

Мама что-то выговаривает в трубку, с трудом соображаю что. Кажется, спрашивает, где я, что за звуки.

- Что, мам? Повтори? Звук? Я не знаю, просто… ну какая-то тачка рядом газанула, да, какой-то придурок. Я уже иду домой, скоро буду. Мам, да всё со мной хорошо, правда. И я тебя. Целую.

Опускаю телефон в карман, стараясь скрыть что ладошка дрожит.

- Так никто или придурок? – опять ухмыляется!

А меня бомбит!

- А ты никогда не говорил с предками вот так?

- Как? – смотрит еще … снисходительно.