Их начальник половину здания нам продал, «Умывальнику». А в училище вход с другой стороны.
Надежда обошла здание и действительно увидела с другой стороны скромную дверь, над которой была прикреплена та самая мраморная доска с названием училища.
Надежда огляделась, вошла.
В холле было пусто и прохладно. Прямо напротив двери крупный старик с густой седой шевелюрой неторопливо возил по полу шваброй.
– Извините, дедушка, – обратилась к нему Надежда, – не подскажете, где я могу найти Африкана Михайловича?
– Кому дедушка, а кому капитан второго ранга в отставке! – ответил старик гулким, могучим басом.
– Равняйсь! Смирно! А позвольте узнать, по какому поводу вы, штатская и сухопутная личность, этим самым Африканом Михайловичем интересуетесь?
– У меня к нему пара вопросов имеется… – начала Надежда, но старик ее перебил: – Равняйсь! Смирно! Насчет вопросов у нас строго, объект военный, разные вопросы задавать тут не положено, особенно штатским и сухопутным!
– И еще привет ему хотела передать от Валентина Голубева… – договорила Надежда.
Эти слова произвели на строгого старика удивительное действие. Он расплылся в широкой улыбке и проговорил:
– От Валюши Голубева? Якорь ему в полубак! Ну, так это же совсем другое дело! Швартуйтесь ко мне в сухой док, я вам чаю заварю настоящего, капитанского… – с этими словами он отставил швабру и открыл перед Надеждой неприметную дверь под лестницей.
– Так это вы и есть Африкан Михайлович? – догадалась Надежда Николаевна.
– Я и есть, – признался старик.
– Прежде был в этом училище начхачем, теперь служу обыкновенным сторожем. Только ежели вы от Валюши, можете меня просто Михалычем называть. Я же его, кальмар ему в кубрик, знаю как облупленного! Хороший курсант был, старательный! Всегда готов был помочь, и со строевой подготовкой полный порядок…
За дверью обнаружилась каморка, напоминающая маленькую корабельную каюту. К стене был привинчен откидной столик, в углу имелась аккуратно застеленная койка, по стенам висели какие-то корабельные приборы, открытки с видами далеких городов и фотографии морских офицеров в белоснежных кителях и парадных фуражках с крабами.
В одном из этих офицеров Надежда Николаевна с удивлением узнала молодого Валю Голубева.
– Швартуйтесь! – повторил старик и придвинул Надежде крепкий табурет из темного тяжелого дерева. Сам он открыл подвесной шкафчик, достал оттуда чайник, металлическую банку с заваркой и две тяжелые кружки в якорях и парусниках.
