Придерживая пакет, он осторожно вынул левой рукой пистолет и положил его на пол.
– Теперь туда же положите платье! – потребовал повелительный голос.
– Константин! – крикнула Надежда. – Вы же понимаете, что не сможете уйти отсюда с алмазами! И тем более после того, что случилось, не сможете вывезти их в Бразилию!
– Ты еще кто такая? – раздраженно отозвался осветитель. – Заткнись! Я как-нибудь сам разберусь, что смогу и чего не смогу!
– Кто это такой? – вполголоса спросил Надежду Елисеев.
– Это и есть таинственный сообщник Лидии, – отозвалась женщина. – Константин Кефалиди, в прошлом – уголовник, в настоящее время – здешний осветитель.
– О чем вы там шепчетесь? – окликнул их Кефалиди. – Отойдите в сторону от платья и оружия! Что я сказал? Быстро!
Как дополнительный аргумент, прогремел очередной выстрел.
Елисеев неторопливо отошел к стене. Надежда и охранники последовали его примеру.
Штанга, на которой стоял осветитель, медленно опустилась, и он перебрался на сцену, по-прежнему держа на мушке Елисеева.
Не опуская ствол пистолета, опустился на колено, схватил левой рукой пакет с платьем и медленно попятился.
– Кто шевельнется – получит пулю в лоб! – проговорил он и снова выстрелил."
"Пуля врезалась в стену рядом с Надеждой, она испуганно дернулась и наткнулась спиной, точнее – той своей частью, которая находится чуть ниже спины, на что-то твердое.
В ту же секунду раздался громкий треск, и пол под Кефалиди провалился.
Оба охранника кинулись вперед, как спущенные с цепи собаки, на ходу вытаскивая запасные пистолеты.
Некоторое время из-под сцены доносились громкое пыхтение и звуки борьбы. Наконец, оттуда по приставной лесенке выбрались охранники, волоча за собой связанного по рукам и ногам Кефалиди.
Елисеев, который за последнюю минуту не произнес ни слова, повернулся к Надежде и проговорил восхищенным тоном:
– Как это вам удалось?
– Да так, знаете ли… – ответила Надежда, скромно потупившись и чуть ли не выписывая ногой восьмерки в стиле смущенной старшеклассницы.
– Я в этом театре уже бывала и изучила кое-какие здешние фокусы и секреты… Здесь не только сцена проваливается, здесь еще… – она задела какой-то рычаг, и на них с Елисеевым опустился занавес.
– Ну, вот это лишнее… – проговорил Елисеев, выбираясь из-под пыльного бархата.
