Как только зашла на кухню, Алексей сразу пришёл туда, будто только этого и ждал. Я готовила и ощущала его неотступный взгляд. Накрыв на стол, собиралась подняться к себе, у меня совсем не было аппетита. Он преградил дорогу и протянул ладонь к моему лицу. Я отшатнулась, Алексей опустил руки и сжал кулаки.
— В чём дело? Почему ты шарахаешься от меня? Ты нужна мне, я хочу быть с тобой. И ты тоже этого хочешь, я же вижу. Но тебе что-то мешает. Чего ты боишься, скажи мне?
Он напряжённо ждал ответа. И из того сложного и запутанного клубка эмоций, испытываемых мной сейчас, я выбрала самое простое.
— Не я тебе нужна, а твоя жена. С ней ты хочешь быть. Только я не она.
Он немного помолчал, глядя в пол, потом поднял глаза.
— Ты ошибаешься. Не надо, не ревнуй к ней. Она осталась для меня мечтой, неразгаданной загадкой. Я даже не успел по-настоящему узнать Ксению, понять её характер. У нас едва закончился медовый месяц, как всё это началось. Да, сначала меня притягивало твоё лицо, но сейчас тянет именно к тебе. Я даже не уверен в твоём имени, но мне наплевать.
Нет, я хочу его узнать, мне интересно всё о тебе. Но не это главное. Главное, я хочу быть с тобой.
— А ты хотел бы этого, если бы я вернула своё лицо? И если бы действительно узнал обо мне всё?
Он молчал, настороженно глядя на меня, и в его глазах на мгновение мелькнуло сомнение. Я усмехнулась.
— В общем так, несмотря на то, кого и куда тянет, ты больше меня не касаешься. В противном случае я выставлю тебя отсюда. А если не получится, вернусь в гостиницу и дождусь, когда ты сам съедешь.
Ясно?
— Ясно, что ты так решила. Посмотрим, хватит ли у тебя сил выполнить это решение.
— Посмотрим!
25"
"В течение следующих дней я поняла, что Алексей вполне умеет использовать запрещённые приёмы. Он постоянно являлся на завтрак без футболки и не упускал ни одной возможности случайно дотронуться до меня. Его настойчивые, переворачивающие душу взгляды преследовали меня, а искривлённые в ласковой и насмешливой улыбке губы уже снились по ночам.
Но я держалась, не подавая виду, чего мне стоит внешнее равнодушие.
Просто на кону было слишком много, он не знал этого, и его забавляла такая игра. В отличие от него, я догадывалась о последствиях и понимала: игрой тут и не пахнет. И лучше сейчас потерпеть, чем потом отдирать себя от него с мясом и кровью.
К тому же оставался нерешённым очень важный вопрос: кто кормил сестру психотропными таблетками? Я не могла прямо его задать, тогда пришлось бы объяснять и всё остальное.
