Мое искушение

— Ладно, — говорю севшим голосом. — Продолжим позже. Скоро подъедет адвокат. Расскажет, что удалось выяснить. Покормишь меня пока? Вся моя еда за день — кофе с бутербродами утром, — не то, чтобы я, и правда, голоден. Полученные новости почти полностью отбили аппетит. Но это способ вытащить Яну из мрачных мыслей и немного расшевелить. Переключить внимание на обычные, простые дела. Так ей будет легче успокоиться. Она, конечно, держится молодцом, от чего я совершенно иррационально чувствую за нее гордость. Но стресс наверняка получила.

Ну и ее саму заодно заставлю поесть. Силы нам всем теперь понадобятся.

Глава 17 Яна

Похоже, мой мозг до конца не смиряется с тем, что произошло. Все вокруг кажется нереальным, будто я в каком-то дешевом триллере. Со всеми этими обысками, арестами, общением со следователями. И пусть ничего особо грубого они себе не позволяют, все равно для меня все случившееся — шок. А особенно, причина ареста: убийство! Да Ромка даже голоса на меня никогда не повышал. Нет, ссоры у нас, конечно, бывали.

Но обычно он просто молча дулся и отмораживался на время. А потом сам же просил прощения.

Никто нам не объясняет, чье убийство ему вменяют. Называют женское имя: Короткова Светлана Михайловна. И все. Кто это такая, какое отношение имеет к Ромке — ни слова. Только позже, когда его уже уводят, а квартиру оставляют перевернутой вверх дном, Ольга Петровна вспоминает, что так звали одноклассницу сына, с которой мой жених встречался в старших классах школы. Но их роман закончился еще до того, как Рома уехал из города.

Девушка осталась здесь, замуж так и не вышла. А больше никаких подробностей о ней мама Ромы не знает."

"Как только мы остаемся одни, Ольга Петровна сразу звонит сестре, и та вскоре прибегает к нам. Я наконец перекладываю заботы о женщине на ее родственницу. Не очень-то умею успокаивать людей. Да и самой надо бы успокоиться. Чтобы отвлечься, пытаюсь хоть немного привести в порядок комнаты. Не знаю, куда все раскладывать, поэтому просто убираю вещи с пола, расчищая пространство.

А потом сижу на кухне и уговариваю себя собраться, чтобы определиться с дальнейшими действиями. Но как только представляю Ромку в камере, становится слишком тошно, а на глаза накатывают слезы. Толку от них нет, но и взять себя в руки не получается. В таком состоянии меня и застает Илья.

Я все еще нахожусь в полной растерянности, поэтому даже смущения от нашей последней встречи не испытываю. Знаю, что Илья еще ночью уехал домой.