Она с такой жалостью и сочувствием смотрела на меня, явно понимая, что не по собственной воле я терплю эти приготовления к свадьбе. Кажется, вот он, мой шанс! Может, она сможет мне помочь.
Наскоро вытершись полотенцем, я бросилась в комнату. Поговорить с девушкой у меня не получится, нас никогда не оставляли наедине. Значит, нужно попробовать передать записку. От воодушевления и душевного подъема у меня задрожали руки. Бумаги и ручки у меня не было, надо придумать что-то другое. Немного поразмыслив, я вскочила и бросилась отрывать полоску от простыни.
Что же придумать с чернилами? Прикинув и так, и эдак, я поняла, что выход один - писать кровью, больше ничего в наличии не было.
Ножа или ножниц тоже не было, поэтому пришлось искать острые зазубрины на всем, что было в комнате. Наконец, удача мне улыбнулась, на внутренней стороне спинки кровати нашелся острый выступ, которым получилась вспороть палец. Нацедив немного крови в ложечку, я взяла деревянную шпильку для волос и стала выводить на обрывке ткани свое послание.
«Меня похитили! Расскажите все Лексу Литерину, в управление по магнадзору. Пожалуйста!!!»
Когда записка высохла, я свернула ее и спрятала под матрас. Завтра попытаюсь передать это послание.
Из-за всего этого я была в таком возбужденном состоянии, что еще долго не могла уснуть, придумывала, как завтра можно передать записку помощнице модистки. Только бы она не испугалась и не отказалась незаметно взять ее из моих рук!
Глава 32
Утром я отказалась спускаться в общую столовую. Пусть думают, что после вчерашнего я в таком раздрае, что совсем сникла и отчаялась.
Даже если меня оставят совсем без еды, не буду идти у них на поводу.
Слава богу, мой демарш остался безответным, никто не пришел меня воспитывать и унижать. Но и еду мне не принесли, так и сидела голодной в комнате, зато меня грела мысль, что сегодня, возможно, смогу сделать хоть что-то, чтобы вырваться из плена.
Обед мне все же принесли в комнату. Закончив кушать, я переоделась к визиту модистки и спрятала записку в обуви.
А через пару часов появились мучительницы."
"Меня снова проводили в ту же гостиную, что и в прошлый раз. Платье было практически готово, осталось окончательно подогнать его по фигуре. Не знаю, могла бы я оценить этот шедевр портновского искусства по достоинству, если бы не мое состояние, но сейчас мне было не до этого. Охрана осталась за дверями комнаты, а мне нужно было уличить момент и передать записку так, чтобы мадам и вторая девушка ничего не заметили.
