Мужчина молча подошел к ней, тяжело вздохнув, я протянула ему пакеты. В машине повисла гробовая тишина, каждый из нас не знал, стоит ли начинать разговор, который точно перейдет в ссору, или подождать, когда эмоции улягутся. Проехав около километра, Андрей остановил машину, вышел громко закрыв дверь, минут пять он стоял у машины. Я смотрела на него в зеркало заднего вида, понимала, что все эти эмоции из-за нее.
— Андрей…"
"— Я больше так не могу! Объясни, ты над собой или надо мной издеваешься? Кому и что вот такими поступками ты хочешь доказать? Что я никто в твоей жизни? Я это и без тебя вижу.
Тебе, так тяжело было позвонить, сказать, что нужна помощь? Или это будет проявление слабости, которое ты не можешь себе допустить! Ты меня то впускаешь в жизнь, то снова ставишь рамки! Я не кукла! Не игрушка!
— Андрей! — я хотела возмутиться.
— Что Андрей! Саш! С больной спиной, на каблуках ты тянешь неподъёмные сумки, для чего? — Андрей почти перешел на крик. — Себя до конца угробить? Мне показать, что я ничтожество? Что ты сильная, а просьба способна тебя так унизить, что … — Андрей замолчал.
— Ладно, что я сам с собой то разговариваю, тебе все равно до этого нет дела.
— Я тебе все потом объясню…
— Потом, снова все потом. Ты себе сначала все объясни. Поехали.
Через десять минут машина подъехала к дому. Я хотела взять пакеты из багажника, однако увидев взгляд Андрея, молча отошла.
— Андрей, привет! — обрадовалась гостю Дарина.
— Привет, маленькая принцесса. Добрый вечер, — сказал мужчина Ирине Александровне.
— Здравствуйте, — протянула мама, и начала оценивающе рассматривать Андрея.
— Саш, я пакеты занес. Подумай над моими словами. Всего доброго, Ирина Александровна. Дарин, пока.
— Молодой человек, а вы уже уходите? А как же ужин? — попыталась остановить мама.
— Спасибо, в другой раз.
— Андрей, я провожу. — почти шепотом произнесла я.
— Обойдусь, — почти беззвучно прозвучало в ответ.
Разложив продукты в холодильник, Я принялась за домашние дела.
Из головы не выходил Андрей. Ей становилось больно от мысли, что он не вернется, что ему надоест ее вытаскивать из всяких передряг, и как он сказал, спасать ее от самой себя.
— Дочь, что у вас сегодня произошло? — спросила Ирина Александровна.
— Я обидела Андрея.
Вкратце рассказала, маме что произошло, она только качала головой
— Дуреха, ты моя. Ты же сама мужику крылья подрезаешь, проявить себя не даешь.
— Мне не нужно никаких проявлений.
