Мое проклятие

Ни кровь в жилах не стыла, ни душа в пятки не уходила, ни мороз по коже не пробирал, ни… Чему там еще положено быть перед лицом очевидной опасности?

Меня неудержимо влекло к къору, как будто нас связывали незримые крепкие узы. Там, впереди, находилось нечто невероятное. Беспредельно большое. Безмерно мощное. Трепетно родное. Оно манило, звало, и противиться этому зову было невозможно.

Зачарованно сделала шаг вперед. Потом еще один. И еще. Жеребец фыркнул. Переступил раскаленными копытами, один удар которых при желании мог расплавить камни.

Легкое дыхание окутало руку.

Дыхание къора главы рода Крэаз.

Сжигающее все и всех, кого оно касалось, кто оказывался на пути этого существа. Безопасное лишь для тех, кому он доверял. Нежное и теплое для меня.

— Что творишь, девчонка?

Гневный голос разрушил волшебство момента. Чужие руки схватили, сжали, стремительно оттаскивая прочь.

— Почему ты ослушалась, Кэти? — жесткие пальцы впились в кожу, больно надавливая. — Говори!

Разъяренный мужчина встряхнул меня за плечи, добиваясь ответа. Я не сопротивлялась. Улыбалась. Просто улыбалась, как ненормальная.

— Он звал, — сказала абсолютно честно.

Савард вдруг резко отпустил, почти оттолкнул, наклонил голову, рассматривая что-то. Проследила за его взглядом. Несколько мгновений мы молча наблюдали, как на моих руках гаснет, словно втягиваясь под кожу, черно-багровый узор.

— Къор признал тебя, — первый раз видела сиятельного таким ошеломленно-обескураженным. — Не просто принял, а признал! Понимаешь, Кателлина?!

Понимать-то понимала. Кто бы растолковал еще, что все это значило. Но в объяснении, судя по всему, нуждалась не только я.

— Такого никогда не было. Къор всегда признает только хозяина. — Крэаз притянул к себе, обнял, заглянул в глаза. — Ты полна сюрпризов, наида, — тыльная сторона ладони обманчиво-нежно скользнула по щеке, — моя наида.

* * *— Фаийа элмэ ард, Тайо!

Певучая вязь слов на незнакомом языке, негромко произнесенных Савардом, и къор дрогнул, на мгновение словно теряя очертания. Контуры его тела размылись, а затем изменились. Раскрылись два дымных крыла — огромных, клубящихся черной мглой, — и конь прянул вверх, начал стремительно набирать высоту, по широкой спирали поднимаясь к небу.

Меня отбросило назад, впечатывая в сидящего за спиной мужчину.