Мое проклятие

Как же хорошо, оказывается, я их помнила!

Собственно, от обладавшего мной мужчины ничего, кроме них и низкого голоса, то жарко шепчущего, то властно приказывающего, в воспоминаниях после той страшной, первой в этом мире ночи не осталось. Забылись лицо, руки, фигура. А может, в оглушенном сознании они и не запечатлелись вовсе. Но эти завораживающие глаза вычеркнуть из памяти не смогла. Правда, тогда, ночью, они показались мне темными, почти черными. Но не узнать их было нельзя. А значит, и их обладателя тоже.

Саэр Савард Крэаз, сиятельный и дваждырожденный — кажется, ничего не забыла? — изволил почтить своим присутствием комнату отлученной от рода и теперь медленно умирающей девушки Кателлины. Впрочем, его стараниями уже даже и не девушки."

"Познакомиться пришел? Или полюбоваться на странную девицу, что по собственному желанию к нему «на ложе незаконное» прыгнула, даже наказания не испугалась? Вот посмотрит сейчас саэр на меня повнимательней и стопроцентно решит, что ему даром не надо этакого тощего цыпленка в наиды.

Я, конечно, сама к Крэазу в объятия не торопилась, пугал он меня до дрожи. Но альтернатива — постепенное угасание и смерть до полуночи — привлекала еще меньше.

«Посмотри на меня, девочка!»

Не успела толком сообразить, прозвучали ли слова на самом деле или просто всплыли в моей памяти, а уже замерла покорным кроликом, не отрываясь от гипнотических очей усмехающегося напротив удава.

— Подойди!

А вот этот приказ я расслышала абсолютно четко. Расслышала, разозлилась и, как ни странно, обиделась. Поэтому решила его проигнорировать. Может, сиятельный и считает себя великим Каа, только вот мне бандерлогом совершенно точно быть не хочется.

«А еще они называли тебя желтым земляным червяком».

Неожиданное воспоминание, несмотря на всю напряженность ситуации, вызвало мимолетную улыбку, помогло стряхнуть овладевшее мною нездоровое оцепенение.

Поспешно отвела взгляд и стала исподволь разглядывать мужчину, отчаянно стараясь при этом не встречаться с ним глазами.

Высокий, стройный. Лет тридцати по земным меркам, ну или около того. Прямая спина, гордая посадка головы. Чувствовалось сразу — передо мной человек, привыкший повелевать и не терпящий возражений.

Черный, отлично скроенный костюм плотно обтекал фигуру, не скрывая, а, напротив, подчеркивая ее достоинства.