Мое сердце

Как долог был год, прошедший после смерти моей Изабель. — Его голос печально замер.

Алекс почувствовал, как незваные слезы навернулись на глаза. Ему стоило немалых усилий удержаться, чтобы они не хлынули ручьем.

— У меня никого нет, отец, — сказал он тихо, — вы же знаете.

— Тогда отправляйся в Англию и женись на девушке, которую я выбрал для тебя. Она твоя по праву. Мы оба, Адам де Мариско и я, всегда мечтали соединить наши семьи посредством этого брака. Это моя предсмертная воля, Алекс. Я не стал бы отнимать тебя у другой, но, если таковой нет, ты просто обязан жениться на дочери моего друга.

Ты никогда раньше не говорил ни слова против. Сделай это для меня напоследок, мой дорогой сын.

В конце зимы, обдувавшей ледяными воющими ветрами унылые серые камни башен Дан-Брока, Александр Гордон как бы вновь услышал голос своего покойного отца, заклинавшего его поскорее жениться. Сидя за высоким обеденным столом в зале замка, он поглядывал на своего зятя — Яна Гранта. Похоже, ему не остается ничего другого, как сочетаться узами брака, и побыстрее.

Недавно он случайно услышал, как один из его племянников говорил другому:

— Папа сказал, что в один прекрасный день все здесь станет моим. Я буду графом.

Простодушные, но горделивые слова старшего сына его сестры неожиданно напомнили Алексу предсмертную отчаянную мольбу его отца. Чтобы Грант стал владельцем Брок-Кэрна? Да никогда! Теперь Алекс понимал, почему отец выбрал ему в жены англичанку. Английская королева, несмотря на преклонный возраст, все еще не замужем, она не произвела на свет наследника английского престола.

В один прекрасный день править Англией станет ее кузен, который, в свою очередь, является и кузеном Алекса, молодой Джеймс Стюарт, король Шотландии.

Хотя Алекс и старался проводить при шотландском дворе как можно меньше времени, даже ему было очевидно нетерпение Джимми Стюарта поскорее вступить во владение наследством и перебраться на юг, в более цивилизованные земли. Дворянство в Англии менее разобщено, чем в Шотландии.

А английские короли отличались завидным долголетием, чего нельзя было сказать о королевском доме Стюартов. Ни один из шотландских королей со времени первого Джеймса Стюарта не прожил больше сорока лет, и ни один из них не умер своей смертью. Сидевший сегодня на троне Джимми, как и любой другой на его месте, хотел бы прожить долгую жизнь, но Шотландия — неподходящее для этого место. Он наследует трон Англии и отправится на юг. Двор последует за ним.