Мое сердце

С легким криком полной капитуляции она отдала всю себя в его владение.

После этого они лежали, разговаривая, она спиной к нему, и его руки лениво играли ее грудями. Между ними уже установилась какая-то связь. Он поцеловал ее перепутавшиеся волосы и спросил:

— Может, мы не подчинимся вашей королеве и моему королю, а поедем вместо этого домой, в Дан-Брок, дорогая? Она вздохнула.

— О, Алекс, пожалуйста, поймите, — попросила она мягко. — Я должна поехать домой, но к себе, в Англию. Мы должны обвенчаться в присутствии моей семьи.

Я никогда не буду счастлива с вами, если мы не сделаем этого. — Она повернула к нему голову. — Вы же знаете, что теперь вы можете быть во мне уверены, мой дикий лорд скотт!

— Я надеялся, что вы родите нашего первенца в Дан-Броке, где рождались все его последние лорды. — Потом он вздохнул. — Если мы подчинимся нашим правителям и вернемся в Англию, наш сын скорее всего родится там.

— Милорд, вы еще должны сделать мне свадебный подарок.

Если бы я могла выбирать, то пожелала бы вернуться в Англию. Если я рожу вам ребенка в следующем году, Алекс, по крайней мере со мной будет мать. Уж коли вы лишили ее права присутствовать на нашей свадьбе, то уж это-то вы нам обеим должны позволить, милорд.

Он знал: она права. Она очень рассердилась, узнав, что друг ее брата на самом деле ее нареченный муж. Ей и в голову не приходило отказать ему в его требованиях, и он это знал. Именно он выкрал ее из Лондона и хитростью заставил дать брачную клятву.

И если его первый сын родится не в Дан-Броке, то винить в этом будет некого, кроме самого себя.

— Мы повенчаемся в Англии по канонам нашей церкви в присутствии ваших родителей, Велвет. Как теперь я могу вам в чем-то отказать, дорогая? Я вас так люблю.

Ее лицо осветилось радостью, и она быстро повернулась к нему лицом.

— Благодарю вас, Алекс! О, благодарю вас!

Она была самым прелестным существом, эта английская роза, усыпанная шипами.

С беспомощным стоном он поцеловал ее, чувствуя, как в нем вновь поднимается желание. Она таяла в его руках, раздвинув губы, ее маленький язычок ласкал его неожиданно смелым образом.

— Скажи мне, что ты меня любишь, — прошептал он, оторвавшись от ее губ. — Скажи мне!

— Я люблю тебя, мой дикий скотт! — прошептала она в ответ, и с этим он увел ее в мир утонченных ощущений, и на этом пути их единственным проводником была только их страсть.