Мое сердце

Усталые, но счастливые, Велвет и Алекс улыбнулись друг другу, встали с постели и оделись в приготовленные для них с вечера, но так и не использованные ночные рубашки. Потом подошли к окну спальни, распахнули его и крикнули детям, которые так ласково разбудили их своей серенадой: «Счастливого Рождества!» Ребятишки расцвели улыбками при виде хозяина и хозяйки, а затем устроили целую свалку из-за пригоршни медяков, брошенных им Алексом.

— У кухонной двери вас ждут пироги и эль, — сказала Велвет маленьким певцам, которые, кланяясь, быстро убежали за угол дома и скрылись из виду.

Алекс обнял свою жену и шутливо ущипнул ее. Потом спрятал лицо на ее теплой груди, вдыхая исходящий от нее нежный аромат.

— О нет, милорд, — оттолкнула его Велвет. — Нам еще надо быть на службе в часовне. Священник придет к восьми! Вам нужен скандал?

— Да! — усмехнулся он и попытался сгрести ее в охапку. Она увернулась, — Милорд, фи! Как ваша жена, я должна следить за нравственностью в этой семье. Мы начнем Рождество как положено.

Что подумает святой человек, если мы опоздаем?

— Он несомненно подумает о хорошем завтраке из солонины с горчицей и той мальвазии, которую он получит после него, — пробормотал Алекс, но все-таки послушался своей молодой жены и ушел в спальню одеваться.

Главным событием дня стал рождественский обед, начавшийся в три часа в огромном доме графа Линмутского.

Гостей было немного: недавно вышедшая замуж сестра графа со своим мужем, его старшая сестра тоже с мужем, граф и графиня Альсестерские и их пятеро детей, сэр Уолтер Рэлей и Бесс Трокмортон.

Последние двое были приглашены по отдельности, и каждому пришлось испрашивать у королевы разрешения отсутствовать при дворе при условии, что они вернутся к началу танцев. При этом королева не имела ни малейшего представления о том, что один из ее фаворитов и госпожа Трокмортон встретятся за одним столом на это Рождество.

Еда была обильной и состояла из нескольких перемен блюд, каждая из которых сопровождалась музыкой с галереи для менестрелей.

Обед начался с больших блюд, внесенных в зал лакеями, ведомыми церемониймейстером графа Линмутского. На блюдах лежали разнообразные дары моря: морская форель с лимоном и гарниром из кервеля; камбала в яичном соусе со сливками и укропом; креветки, сваренные в белом вине, фаршированные мясом лангусты; большая дубовая плошка со льдом, а на льду устрицы, только и ждущие того, чтобы их открыли и проглотили целиком.