Мое сердце

Господи! Возможно ли, что она мать двух дочерей, одной из которых уже тридцать один, а другой двадцать четыре года?

— Что случилось с ней, мама? — спросила Дейдра.

— Поверив, Алекс мертв, она полюбила другого человека. Теперь ее сердце разрывается между ними двумя. У нее нет выбора, и она должна вернуться к мужу. Это делает запретный плод, я имею в виду Властителя Индии, только еще более сладким. Будучи девочкой независимого нрава, она нервничает, считая, что ее принудили к этому решению. Ей бы хотелось чувствовать, что она сама имеет право выбирать.

— Бедная Велвет! — сказала Дейдра, мягкая и сострадательная женщина, — Хм! — фыркнула Виллоу. — Если бы она оставалась на месте, вместо того чтобы бежать куда-то сломя голову, когда Алекса ранили на этой дурацкой дуэли, ничего не случилось бы.

— Ты слишком сурова к сестре, Виллоу, — ответила их мать. — Вся твоя жизнь протекала спокойно Ты просто не можешь знать, как бы повела себя в подобных обстоятельствах.

— Ну, я-то уж наверняка сама похоронила бы своего мужа, не оставила его на посторонних людей! — Виллоу казалась разгневанной, но истинная причина ее злости крылась в том, что ей не понравилось замечание матери о том, что она прожила жизнь в тиши и довольствии.

Сама она считала себя весьма практичной женщиной, ведь большей частью ее воспитанием занималась леди Сесили. Она вырастила Виллоу в лучших традициях образцовой англичанки, чьей первейшей обязанностью является бережливость и преданность семье. За всю ее жизнь ей только пару раз приходили в голову мысли о том, что неплохо было бы пожить жизнью, полной приключений и страстей, такой жизнью, которой жила ее мать.

Но она тут же отгоняла столь дикие намерения, пожимая плечами. Виллоу, графиня Альсестерская, была превосходным примером того, какой должна быть высокомерная английская аристократка. Другого образа мыслей, для себя во всяком случае, она не допускала.

— А разве у Велвет жизнь не была спокойной и размеренной, как и у нас, мама? — продолжала не соглашаться Виллоу.

 — И она проводила с тобой гораздо больше времени, чем мы. Пожалуй, она единственная, кого ты вырастила сама.

— Да, это так, — согласилась мать, — но ты должна помнить, что Адам и я покинули ее как раз в то время, когда, как выяснилось, мы были нужны ей больше всего. У нее не было никого, кто мог бы дать ей совет. Будь терпеливой, Виллоу. Велвет прожила дома всего две недели. Она очень волнуется, как пройдет ее встреча с Алексом.