Его шаги приостановились, немного замешкались, а затем продолжили хрустеть позади меня.
— Я с тобой разговариваю.
Не поворачиваясь, я подставила ему подножку, набирая скорость по направлению к особняку Косты.
— Я знаю. Просто мне хотелось бы, чтобы ты этого не делал.
— Что, скажи на милость, я сделал, чтобы разозлить тебя?
Этот парень серьезно?
Я слышала, как скрежетали его зубы, когда он пытался схватить меня за плечо. Я уклонялась, всегда быстрее. Дождь усилился. Ледяная вода проникала в мою одежду.
— Возвращайся на свое свидание.
— Фэрроу, иди сюда.
К черту все это.
Я не хотела позволить ему обращаться со мной как с собакой.
Я дошла до двери Даллас и стукнула в нее так громко, что разбудила бы мертвого. Зак вцепился в мое плечо, разворачивая меня.
Я увидела его сквозь завесу из капель дождя: волосы зачесаны назад и мокрые, лицо темное, как гром. Его дизайнерский костюм облегал мощное тело, и на секунду я почувствовала, что завидую ткани.
— Нам нужно вернуться в дом.
— Он задрожал, но я не была уверена, что это от холода. — Сейчас же.
— Я не твое дело.
— В буквальном смысле, мое.
Уф.
Проклятье.
— У меня нерабочее время, — поправила я. — Я могу делать все, что захочу. А что я хочу, так это не быть на расстоянии удара ножом от тебя.
Шаги приближались с другой стороны двери.
Зак поднял глаза к небу, вздрогнул от дождя, а затем снова опустил взгляд на меня.
— Я могу объяснить, если ты только позволишь мне…
Дверь распахнулась.
В раму влез Ромео Коста, размером примерно с танк Т-54.
— Что здесь происходит?
— Ничего. — Зак сжал мою руку, его пальцы замерли. — Мы с Фэрроу как раз уходили.
— Я бы хотела провести ночь в вашем доме, — пролепетала я.
Выражение лица Ромео сменилось с раздражения на замешательство.
— А, черт. — Он провел рукой по лицу. — Печенько снова собирает бродяжек. Она обещала прекратить после четвертого котенка.
— Она не бродяжка, и она также не останется.
— Зак снова потянул меня за руку. — Пойдем, Фэрроу.
Я не сводила глаз с Ромео и стояла на своем.
— Ты можешь позвать Даллас?
Я знала, что поступаю несправедливо. У нас с Заком был уговор, и до сих пор только я его нарушала. Но я ничего не могла с собой поделать.
Неужели он должен был ухаживать за Эйлин в своем доме? У него были средства, чтобы увезти ее на Луну, если бы он захотел. Ему не нужно было снова и снова бросать ее мне в лицо.
