— Обещай мне…
— Обещаю.
— Я даже не закончила предложение.
— Все, что ты хочешь от меня, — твое.
Я вздохнула, бросив взгляд на пустой стеклянный сосуд, в котором должен был лежать мой кулон.
То, что предназначено для тебя, не может быть отнято.
Я опустила подбородок, уставившись в пол, и на одном дыхании выпалила свою просьбу.
— Пообещай, что не будешь связываться со мной целый месяц.
— Прости? — Он стал жутко неподвижным. — А если я не смогу жить без тебя?
— Ты жил тридцать три года.
— Это было раньше. И это была не жизнь.
— Мы даже не встречаемся.
— Тогда давай начнем.
— Ты помолвлен.
— Я расстаюсь с…
Я подняла руку, останавливая его.
— Могу я объяснить?
— Да. — Его нежелание сравнялось с нежеланием ребенка перед лицом брюссельской капусты.
— Раньше эти руки держали мечи и убивали мечты. — Я уставилась на свои раскрытые ладони. — Теперь они просто… пустые.
— Я могу достать тебе место на Олимпиаде.
— Даже если бы ты мог, я не знаю, хочу ли я этого. Я вообще не знаю, чего хочу, теперь, когда Вера и Андраш заперты, моя репутация испорчена, и я узнала, что папа бросил все ради меня.
Зак потянул меня за край рукава.
— В его смерти нет твоей вины.
— Логически я это понимаю, но мне нужно время, чтобы принять это. Время, Зак. Это то, о чем я прошу. Чтобы вылечиться, понять, кто я, и узнать себя достаточно хорошо, чтобы понять, чего я хочу. Я так боюсь превратиться в Веру, гоняющуюся за всеми неправильными вещами.
— Ты совсем не похожа на Веру.
— И все же каждая моя частичка боится стать ею.
Я прижала руку к его груди, изучая его. Он выглядел таким расстроенным, злым и растерянным, что мне захотелось прервать миссию, сделать разворот и броситься в его объятия.
Но я не могла.
— Я люблю тебя, Закари Сан.
Мой первый. Мой единственный. Мой всегда.
Еще до того, как я это сказала, я поняла, что это правда. Я влюбилась в него, как в снег. И чем больше я влюблялась, тем холоднее становилось.
— Фэрроу…
Я снова подняла руку, желая опустить ее, когда показалось, что он запылает на месте.
— Я не жду, что ты скажешь это в ответ. На самом деле, я не хочу этого. По крайней мере, не сейчас. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя.
— Почему?
— Я не знаю. — По моим щекам пополз жар, добираясь до кончиков ушей. — Я не хочу говорить, что это потому, что ты помогаешь мне, потому что ты заставляешь меня чувствовать себя хорошо или даже потому, что ты — все, о чем я думаю в эти дни. Эти причины кажутся такими поверхностными.
