Способна принимать заказы с исполнительностью выше среднего.
Немного тяжеловата для диалога, но я полагал, что еще не встречал никого, кто мог бы ограничить свои вопросы, ответы и реакции двумя слогами.
Она перенесла поднос с посудой с тележки на стол, затем взяла свой iPad, прижимая его к груди.
Пудрово-голубая блузка, обтянувшая ее торс, словно пленка, натянулась при этом движении.
Блузку она сочетала с серой юбкой-карандашом и туфлями на такой высокой шпильке, что из них, вероятно, открывался вид на монумент Вашингтона.
Я вскинул бровь, любопытствуя, что натолкнуло ее на мысль, что она может остаться.
— Да?
По ее шее прошелся гулкий глоток.
— Мистер Сан…
Она нарисовала круг кончиком своей нелепой туфли, сжимая края экрана планшета.
Я уставился на нее.
Лучше бы ей знать, что я не собираюсь заполнять эту тишину
Натали ерзала под моим пристальным взглядом.
— Есть кое-что еще.
После того как я изучал ее десять секунд подряд, я понял, что она не намерена заканчивать мысль.
— Что ж, я начеку, Натали.
Когда бы ты ни была готова. Желательно в этом веке.
Еще один глоток.
Дрожащий вздох.
Я уже должен был закончить свой обед, который я предпочитал при сорока семи градусах по Фаренгейту, на которых он, как я ожидал, был подан.
Доска Го привлекла внимание Натали.
Она прижала ладонь к груди.
— О. Вы уже целую вечность не прикасались к шашкам.
— Это Го. — И ты тоже. — Ты о чем-то говорила?
— Точно. — Она прочистила горло. — Простите, что перегнула палку, но я не могла не подслушать разговор вашей матери с Селестой на днях, когда они зашли на обед.
Она заставила себя сохранять зрительный контакт со мной. Это было нелегко. Мое выражение лица по умолчанию было настроено на враждебность.
Она провела свободной рукой по юбке, продолжая.
— Я знаю, что вы ищете женщин в качестве потенциальных… э-э-э… ну, вы понимаете, партнеров по жизни.
Бедная Натали.
Она не думала, что у нее есть шанс, не так ли?
Я ничего не имел против своей ассистентки. Точно так же, как я не имел ничего против людей, которые носили кроксы.
То, что я считал их в корне безвкусными, не означало, что они не заслуживают того, чтобы дышать."
"Или так утверждало общество.
Натали была мучительно средней.
Симпатичной, но не красивой.
Трудолюбивой, но не гениальной.
Она училась в колледже Лиги плюща, чтобы получить степень магистра, но с момента своего появления эти колледжи неизменно выпускали идиотов.
У нее не было ни настоящей индивидуальности, ни таланта.
