Многократная работа в организации ""Врачи без границ"". Автор популярного пособия по изучению А. П. Био.
В прошлом году она использовала свои гонорары, чтобы выплатить 12-миллионную ипотеку за квартиру в Верхнем Ист-Сайде.
Казалось, мама нашла для себя идеальную девушку. Что, конечно же, означало, что она нашла идеальную девушку для меня.
Теперь мне оставалось только не облажаться.
Легче сказать, чем сделать.
Когда дело касалось людей, я больше умел облажаться, чем преуспеть. Женщины, в частности, считали все мое существование личным оскорблением.
Я никогда не обращал на них внимания.
А когда обращал, то обычно в форме жестокой честности сообщал им, что нахожу их разговор таким же скучным, как сортировка песчинок по размеру.
Ты буквально умеешь расщеплять атомы, Зак.
Конечно, ты можешь сделать так, чтобы эта девушка перестала тебя ненавидеть.
Я прошелся по коридору и спустился по лестнице, отметив, что сегодня дом выглядит особенно чистым.
Я был немного разочарован тем, что Фэрроу так и не попробовала ничего плохого.
Мне казалось, что мы сразимся с ней, как только она приедет.
Возможно, она припасла для меня что-то на потом.
Ни одна часть меня не верила, что она ляжет и примет это. Примет меня как своего босса и будет вести себя хорошо.
Когда я открыл входную дверь, передо мной предстала идеальная женщина моей матери. Высокая и стройная, с блестящими темными локонами до плеч, в шалфейно-зеленом костюме от Burberry.
У нее были волосы с пробором посередине, заправленным за уши, в стрижке, которую можно было сделать только с помощью линейки.
Ее лицо украшало нейтральное выражение, а осанка была гордой и прямой.
— Добрый день. — Голос ее звучал почти роботизированно. Не обязательно плохой для человека, который не любил homo sapiens. — Закари?
К сожалению.
Я слегка поклонился, отошел в сторону и жестом пригласил ее войти.
— Эйлин.
Все мои внутренности сжались при мысли о том, что она может попытаться обнять или поцеловать меня.
К счастью, она прошла внутрь с практической легкостью, не потрудившись взглянуть в мою сторону, когда ставила свою черную сумку Ferragamo на шкафчик.
Она сняла туфли на каблуках, аккуратно сложила туфли Malone Souliers и поставила их рядом с дверью.
Вокруг ее горла обвился шарф Hermes, призванный укрыть нежную кожу от солнца.
Она развязала его, завязав шелк в модный браслет на запястье.
Я поджал губы, подавляя гримасу. Как будто моя мать лично ее воспитывала."
"— Я не отниму у тебя много времени.
